Top.Mail.Ru
Войти
  • 2,54 USD 2,5354 -0,0132
  • 3,06 EUR 3,0615 -0,006
  • 3,42 100 RUB 3,4206 +0,0005
Интервью
Юлия Шрамкова, «Про бизнес» 19 февраля 2021

«Айтишники еще малой кровью отделались!» — гендиректор BelHard о ПВТ и массовом переходе белорусов на аутсорс

Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Кризисный 2020 год в Беларуси стал тяжелым даже для ИТ-сферы. Но герой нашего материала уверен, что «все отделались малой кровью, потери — не такие уж страшные. Все могло быть гораздо хуже…» Гендиректор компании BelHard Игорь Мамоненко рассказал «Про бизнес» о том, как компания пережила кризис и почему он решил возрождать проект «ИТ-страна», который продвигает еще с 2008 года.

Игорь Викторович встречает нас в новом офисе компании в переулке Ломоносова (Минск). Теперь у BelHard есть отдельное здание, в котором все, по словам гендиректора, «как дома». В подтверждение своих слов он накрывает стол в приемной, лично готовит для всех кофе и угощает мандаринами.

— Игорь Викторович, как вам на новом месте? Обжились?

— Да, одно из главных событий для BelHard за 2020 год — это переезд. Наш офис много лет располагался на улице Мельникайте. Сначала мы занимали почти все здание, потом «ужались» до нескольких этажей. Но по многим причинам команде работать там не нравилось: здание давно требовало масштабного ремонта, были проблемы с парковкой, стройка вокруг создавала массу проблем.

А со временем изменилось и представление о том, что такое комфортное рабочее пространство. Я понял, что нам нужны не опенспейсы и кабинеты, а место силы. Теперь у нас отдельное здание. И все — по-домашнему. Мы пока обживаемся, но я уже чувствую, что стало уютнее.

—  2020-й стал годом перемен для всего мира и для Беларуси в частности. Для ИТ-сферы он тоже был непростым. А для BelHard?

— 2020-й был сложным. Но плохим его однозначно не назовешь. Были как проблемы, так и успехи.

Даже в кризис ИТ чувствует себя неплохо, несмотря на все «но», которых было предостаточно. Как говорится, будем живы  не помрем.Конечно, объективно могу сказать, что рынок сократился — сделок стало меньше, клиенты думают дольше, ищут подешевле. Рейты упали — в среднем с $ 40 до $ 25  за человеко-час.

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Естественно, встал вопрос: а как за эти деньги выполнять заказы и делать проекты? Хорошие программисты, как ни крути, стоят дорого.

И мы нашли для компании два способа:

  • Первый — повторное использование кода без нарушения авторских прав. Любая программа на 80% уже написана. Осталось только разобраться с тем, как состыковать «куски» кода, чтобы они вместе могли составить новый продукт. То есть мы создаем что-то вроде биржи полуготовых решений. Приведу пример. Допустим, вы написали CMS за $ 10 000. Но ее можно использовать и для других проектов, если она написана по универсальным законам. Тогда получается такой продукт-конструктор. Можно продавать эту написанную CMS в 20 разных компаний по цене в $ 8000. Клиент сэкономил, а мы — заработали.
  • Второй — подбор персонала под «проектную» загрузку. Например, у нас есть специалист по безопасности. Но он нужен нам в офисе только на несколько дней. Мы нанимаем его в штат, но при этом «выставляем» на биржу труда как рабочую единицу на временную занятость. Формируется полувиртуальная команда. Для специалистов создается диаграмма загрузки — на ней отмечено, когда и какие специалисты, какого качества и на какое время вам понадобятся. Проект раскладывается на маленькие отрезки. Пока эту систему мы только вводим. Но в перспективе ожидаем, что таков будет вообще весь рынок труда.

Еще один вызов 2020 — начала 2021 года — нехватка качественных кадров: подготовленных, профессиональных, инициативных. Но наша ИТ-академия обеспечивает нас «свежими» ребятами. Поэтому недостаток топ-сотрудников мы компенсируем. Можем делать проекты без потери качества и даже за меньшую цену — так и остались конкурентоспособны.

— Нехватка ИТ-кадров связана с тем, что многие айтишники уехали из Беларуси, компании релоцировались? Ощущается ли это на белорусском ИТ-рынке?

— Честно говоря, отток был незначительный. Да, Беларусь потеряла несколько действительно перспективных компаний. Но в общих масштабах — не страшно. То есть, конечно, жаль, что так происходит, но это не смертельно.

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Айтишников в ПВТ — около 70 тыс. А в целом по стране — около 200 тыс. человек работает в ИТ. Если рассматривать самые смелые оценки, уехало около 15%. Другое дело, что в числе тех, кто уехал, были очень сильные специалисты.

Но свято место пусто не бывает. У нас много умных людей с небольшими зарплатами.И многие переучиваются, развиваются и «входят» в ИТ. Конечно, им нужно какое-то время, чтобы дорасти до уровня тех, кто уехал. Но этот пробел обязательно заполнится. Просто потому, что ИТ — интересная, востребованная, высокооплачиваемая отрасль. Туда постоянно идут кадры.

Сохраняется основа — школа подготовки кадров. Даже если человек уехал в Польшу или Канаду, он какое-то время поддерживает связь с Беларусью, со своими коллегами и компанией. Часто ребята предлагают нам свою экспертизу — они готовы передавать знания.

К тому же я уверен, что многие еще вернутся в Беларусь. Просто должен пройти этот самый напряженный и сложный период.

— Думаете, что айтишник, поживший, например, в Польше захочет через какое-то время домой?

— Даже если отбросить тоску по дому и все эмоциональные связи, в этом есть простая финансовая логика. В Польше у программиста только личный доход облагается налогами в размере 32%. Это много!

Таких условий, как в ПВТ, нигде нет. Ни в Австралии, ни в Новой Зеландии, ни на Каймановых островах!В Украине есть планы создать нечто похожее на ПВТ. Но пока это только планы. Пока там даже большие компании работают как «наборы ИП».

Все же компаниям, которые работают по аутсорсинговой модели, с точки зрения налогов в Беларуси лучше всего.

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

— Но подоходный налог для резидентов ПВТ все-таки подняли до 13%. Уже не так сладко. В любой момент могут измениться условия. Это не заставило задуматься о будущем ИТ-сферы в Беларуси?

— Задумываться — это даже хорошо, это полезно. Надо чаще задумываться о будущем в целом.

Да, немного тревожно от того, что условия для ПВТ должны были быть неизменными, но все-таки изменились.

По той информации, что у меня есть, остро стоял вопрос даже о закрытии ПВТ по политическим причинам. Поэтому повышение налога с 9 до 13% — еще малой кровью отделались.Может, это непопулярная позиция. Я очень переживаю за людей и за все происходящее. Но политики приходят и уходят, а народ остается, и ему нужно жить. Я против того, чтобы для достижения политических целей разрушали белорусскую экономику.

Люди остались без работы, кто будет кормить их семьи? Политика политикой, экономика экономикой!

Добиваться политических целей, сделав людей нищими, — это неправильно. И если программисты и айтишники переживут, то что делать тем, у кого зарплаты сильно ниже?

Поэтому я очень скептически настроен ко всякого рода бойкотам и забастовкам, остановкам предприятий, саботажу… К сожалению, суровая реальность такова: если сегодня остановить белорусский калийный комбинат, завтра вместо него продукцию на рынок начнет поставлять российский «Уралкалий».

Все наши производства находятся в конкуренции. Восстановить позиции на рынке сбыта будет невозможно. Это приведет к долгосрочной нищете и миграции. Я такую цену не готов платить. Это неправильно. Изменения должны происходить эволюционно.

— Вы сами много лет вынашивали идею, которая должна была изменить белорусский рынок труда. Это «ИТ-страна», в которой до 2 млн белорусов работает в цифровом формате на аутсорсинге. В чем суть?

— Идея появилась еще в 2008 году. Тогда стало понятно, что в Беларуси есть острая нехватка программистов. А система образования не была приспособлена к тому, чтобы оперативно и качественно их готовить. Возник вопрос: если мы хотим расти в ИТ-сфере, то где брать кадры?

Во мне загорелся здоровый энтузиазм. Я видел, что в стране есть толпы, например, бухгалтеров. И если потратить немного ресурсов, заручиться поддержкой законодателей, то можно переучить их для работы за компьютером на самых разных уровнях: кого-то программистами, кого-то тестировщиками.

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Я начал изучать опыт Индии. Видел, как они буквально за несколько лет стали лидером мирового аутсорсинга.

Представил себе: а что если в Беларуси будет 300 тыс. айтишников? Тогда эта цифра была астрономической. Сейчас — почти реальность.Несколько раз я предлагал чиновникам и топам других ИТ-компаний свое видение. Многие вроде как соглашались и интересовались, но до реальных дел не доходило.
К 2012 году мои взгляды поменялись. Я понял, что растить нужно не только ИТ-кадры. Нужно вкладывать в развитие сферы аутсорсинга бизнес-процессов. То есть работа за компьютером (не обязательно программистов) — это тоже перспективное направление.

С тех пор я и заявляю, что в Беларуси до половины работающего населения может быть занято именно в сфере аутсорсинга бизнес-процессов — об юристов и бухгалтеров до переводчиков. Все они могут работать в Беларуси на компании из других стран, привлекать в страну валюту и жить здесь достойно.

Мы можем стать первой в мире страной, где люди будут «эмигрировать, не уезжая». Белорус может работать на «Газпром», Sony или Microsoft, оставаясь в Молодечно.

— Но реализовать идею не получалось много лет. Почему?

— Я определил три ключевых составляющих создания «ИТ-страны»:

  • Стабильный, доступный, широкополосный интернет, который покрывает всю территорию страны
  • Благоприятное правовое поле, которое развивало бы идею ИТ-страны
  • Подготовка кадров, которые могут и умеют работать за компьютером на аутсорсинге.

И если с интернетом в Беларуси все неплохо и развитие идет постоянно, то с законодательной базой и образованием для профессиональной подготовки — сложности.

Фото: probusiness.io
Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Нам нужно принципиально менять систему образования. Отходить от концепции массового получения высшего образования и давать обучение по востребованным специальностям на краткосрочных курсах. Идти в вуз после школы — совершенно бессмысленная история. У нас в стране остро нужна система непрерывного образования через курсы.

А для того чтобы изменить правое поле, нужно переписать сотни различных нормативно-правовых актов. Так как многие документы взаимосвязаны между собой, то речь идет о переработке тысяч элементов законодательной базы.

Я продвигал идею «ИТ-страны». Ходил к чиновникам, сумел добиться, чтобы меня выслушали. Мы даже проводили регулярные встречи. К сожалению, никакого движения не было вообще.

Я столкнулся с формализмом, где многие мероприятия проводились для галочки.Любые инициативы принимаются так долго, что теряют всякий смысл за время рассмотрения.

— Как думаете, почему идею не поддержали?

— Меня часто упрекали в том, что своим таким видением я подрываю веру в белорусскую промышленность. Но все мы понимаем, что ее масштабы будут уменьшаться. Сейчас мы уже не поспеваем за Китаем, который выпускает продукцию быстро и качественно по очень низким ценам.

Но у нас есть перспективы в другом! Мир сегодня насыщен хайтек-решениями. Наша ниша — это наукоемкая малотиражная продукция: медицинские и научные приборы, роботы. То есть промышленность может существовать, но она тоже должна соответствовать реалиям рынка. А мы цепляемся за предприятия, которые выпускают неликвид.

И, к сожалению, вынужден признать, что часто у нас инициативные люди  — как белые вороны. По себе сужу — у многих чиновников встречи со мной вызывали опасения, что будут проблемы.Все боятся, что за какие-то действия без разрешения — накажут. А если ничего не делать, то вроде и не страшно. Может, тоже накажут, но не так сильно.Я наивно полагал, что есть умные люди, они все поняли, подхватили и начнут двигаться. Не получилось…

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

— Потом вы решили справиться своими силами?

—  В 2018 году я создал группу «ИТ-страна» в Facebook и начал собирать людей, которые готовы были бы учиться, чтобы менять специальность и работать на аутсорсе. Мне казалось, что эта идея жизнеспособна, но практика показала, что нет.

Это связано было с тем, что экономическая ситуация настолько сложная, что людям нужно выживать — им не до образования. Мы собрали всего 60 человек, хотя я рассчитывал на две тысячи.

И столкнулись с тем, что люди не понимают сути. Они хотели ИТ-образование и трудоустройство в крупную компанию. Я же подразумевал, что они получают специальность, с которой могут работать на аутсорсе через компьютер. Это и копирайтеры, и дизайнеры, и переводчики — все, кто может оказывать услуги в цифровом виде. И трудоустраиваться им не нужно! Они работают как ИП, как фрилансеры и сами находят работу в иностранных компаниях или выбирают заказы на биржах.

Вышло так, что люди не поняли идею. Они заваливали нас десятками однотипных вопросов — я просто устал объяснять.Это и была моя ошибка. Я считал, что люди, если дать им инструменты, начнут двигаться. Что все начнет крутиться само по себе. Нет! Так не работает.

— Недавно вы писали в соцсетях, что реанимируете «ИТ-страну». То есть вас и этот опыт не остановил?

— Прошло два года в режиме полутления. Экономика страны в 2020 году начала предсказуемо сокращаться. Люди начали терять работу и высвобождаться, возникла угроза массовой эмиграции в соседние страны. И я говорю не только про ИТ-специалистов, а в целом про белорусов. Появилась реальная угроза будущему страны.

Всем говорю: «Если вы не хотите через десять лет получать пенсию $ 50 и разговаривать со своими внуками только через Zoom, начинайте делать что-то сейчас».И для себя я тоже понял: вести проект, раз уж я в него верю столько лет, несмотря ни на что, нужно самому. Если не получается на энтузиазме, значит, мы создаем чисто коммерческий проект. И я начал действовать.

Исходил из потребностей человека. У него — нет знаний, нет компьютера и интернета. То есть просто нет возможности начать работать на аутсорсе. Может ли BelHard дать человеку ноутбук, доступ в интернет и обучить? Думаю, что да.

В штат компании BelHard мы стали нанимать так называемых кураторов проекта «ИТ-страна». Это ребята, которые живут в регионах и будут продвигать и развивать инициативу. На данном этапе все они, по сути, продавцы. Их задача — продавать или сдавать в аренду местным заинтересованным людям средства для удаленной работы: ноутбуки, пакеты высокоскоростного интернета, обучение на курсах по различным специальностям.

Сейчас у нас есть 30 таких кураторов. Мы платим им небольшой оклад и предлагаем процент от продаж.

Также мы договорились с пятью ведущими поставщиками компьютерной техники — они продают нам ноутбуки по ценам ниже рыночных. Их мы сдаем в аренду, ремонтируем и можем обновлять, исходя из потребностей человека.

Также мы пообщались с интернет-провайдерами и готовим к выпуску так называемые тяжелые пакеты интернета «ИТ-страна». Они обеспечат такое соединение, чтобы можно было комфортно работать на компанию из любой точки мира. Переговоры еще не завершены, но готовность к сотрудничеству мы видим.

И последняя составляющая — курсы. У нас есть ИТ-академия, которая организует 2-месячные курсы по 40 специальностям. Обучаем не только под ИТ-профиль, но и, например, бухгалтеров и юристов, которые могут работать на аутсорсе. Чтобы обучение было доступно людям из регионов, мы запустили программы, которые стоят, например, по $ 200. С них можно стартовать, найти работу и продолжить обучение на более высокооплачиваемые специальности.

Игорь Мамоненко. Фото: probusiness.io
Игорь Мамоненко. Фото: Ксения Деревяго, probusiness.io

Имея все инструменты для работы (знания, технику и интернет), человек может сам оформить ИП или скооперироваться со знакомыми и запустить организацию по УСН. Налоговая нагрузка при таких видах деятельности невысокая. А так как работать человек будет на иностранные компании, то НДС ему платить не нужно.

— А зачем это самой компании BelHard? В чем выгода?

— Ну, во-первых, все-таки за курсы, аренду ноутбуков и пакеты интернета люди платят, пусть и небольшие суммы. Пускай медленно, но верно будет создаваться сеть дилеров и представительств BelHard по всей стране, способная выполнять задачи проекта «ИТ-страна». Тактически проект — коммерческий, а стратегически — еще и социальный.  

Во-вторых, мы инвестируем в имидж компании. Это же хорошая реклама — мы делаем полезный проект. Растет доверие к нам как к профессионалам.

В-третьих,  тестируются пилот проекта и его сервисы, способные масштабироваться на миллионы человек. Такие сервисы, объединенные  в единый проект, усиливают друг друга за счет эффекта синергии. Значит, мы усилим все свои текущие направления деятельности.

В-четвертых, проект — это шаг вперед в плане капитализации. Рыночную цену проекта может нарисовать ваша фантазия. Уже сейчас к нему проявляют интерес финансовые институты, способные своим участием ускорить ход его реализации. В частности, это банки БелВЭБ и Евразийский Банк Развития. Для последнего желательна трансформация проекта в «ИТ-Союз» и его равномерное развитие во всех странах ЕАЭС.

Но даже только с нашими собственными силами проект должен показать первые значимые результаты к осени 2021 года.

Деньги от государства нам не обязательны, но его помощь в других моментах — не помешала бы. Однако учитывая, что в своей основе это самоокупаемый и самораскручивающийся проект, верим, что отсутствие помощи со стороны чиновников, которые дружны с бюрократией, его не остановит.

Читайте также

Сейчас на главной