Вы любите музыку, а для них это бизнес: «звучные» истории

Парень чуть старше двадцати, сочиняющий песни для самой Валерии. Предприниматель, который наперекор болезни развивает магазин. Мастер — в прошлом менеджер по продажам, а сейчас — создатель народных инструментов из дерева. Этих и других героев наших историй объединяет не только любовь к музыке — они на этом строят бизнес. И самореализовываются.

Читайте нашу субботнюю подборку про их интересные идеи.

Вот кто пишет песни для Валерии, Мота и других звезд

Валерия, Мот, Стас Михайлов — все эти звезды покупали музыку, тексты песен или аранжировки у 22-летнего минчанина Кирилла Ермакова (Кирилл Гуд). Парень строит карьеру композитора и продюсера в Москве, выпустил собственный музыкальный альбом SOLO. Мы встретились с Кириллом и обсудили, как сегодня можно зарабатывать на музыке, как работается с Black Star и почему треки в его исполнении еще не крутятся на каждой радиостанции.

«Года 2 назад знакомая из Москвы попросила сделать аранжировку, приехать и записать трек. И как раз перед отъездом мне пишет Сергей Слэм (рэпер, музыкальный продюсер) — мол, слышал твои треки, присылай послушать. На то время он не очень вдохновился, но предложил встретиться — все потому, что буквально недавно услышал от директора Black Star фразу „Никогда не знаешь, откуда стрельнет“. И вот в Москве мы встретились. Сразу поехали к нему на студию. И пока он отлучился минут на 20 поговорить по телефону, я записал трек.

Он вернулся и спрашивает, когда я успел его создать. Я отвечаю: „Да вот сейчас“. И он мне: „Да ты гонишь“.

Притащил микрофон из соседней студии, мы доделали трек, назвали „Анестезия“ и затем продали его молодой певице Юлии Зиверт (Zivert). С этой песней она и выстрелила. В общем, это была стартовая работа и сразу удачная».

Весь текст интервью читайте здесь.

«Говорят: уйдешь в музыку — будешь нищим»

Станислав Бублик открыл после школы свою компанию, которая позже стала digital-агентством, а потом разрабатывала компьютерные игры. Но парню не нравилось то, чем он занимается. В итоге он ушел искать себя и чуть позже основал… школу электронной музыки MONOCAT для детей. Станислав рассказывает, как это — продвигать новую для белорусского рынка услугу и можно ли на этом заработать.

«Во-первых, главная трудность — мало кто понимает до конца, чем вообще наша школа занимается, т.к. услуга новая. Родителей мучают вопросы: „Точно ли дети учатся чему-то или это просто квадратики вместо нот, которые сами по себе расставляются, как в мобильных приложениях?“, „Через какое время ученик хоть что-то сможет делать?“, „Это же надо дорогие инструменты покупать…», „А если он не знает нот совсем?“ или, наоборот, „А если он уже окончил музыкальную школу, но хочет к вам?“

Из-за этого у нас довольно длинная воронка продаж

Во-вторых, это стык бизнеса и творчества. Творческие люди, наверное, почти все немного неорганизованные и хаотичные.

Ну, и в-третьих: у нас в стране очень слабо с музыкальным бизнесом. Я бы даже сказал, что он почти отсутствует. Деньги из музыки — это почти миф.

Первых клиентов мы набирали по старинке: ездили и расклеивали объявления в музыкальных школах и магазинах».

Читайте всю историю.

«Надоело протирать штаны в офисе»

Денис Сухой работал менеджером по продажам, потом выучился на звукорежиссера, а в итоге зарабатывает на изготовлении белорусских народных музыкальных инструментов. Мы съездили к Денису в мастерскую и расспросили, как он пришел к такому непопулярному бизнесу, сколько инструментов можно сделать в месяц и не собирается ли он открывать полноценное производство.

«Изготовление музыкальных инструментов, с одной стороны, — несезонный бизнес, но я заметил, что летом заказов бывает меньше. Возможно, это связано с тем, что люди разъезжаются в отпуска. Количество заказов может быть разным, но как минимум один большой инструмент — вроде дуды или лиры — я делаю. Бывает, и три-четыре.

Конкуренции особой в этой сфере нет. В Беларуси есть 5−6 мастеров, которые делают инструменты. Но, мне кажется, сейчас я самый активный. С одним мастером, например, я поддерживаю дружеские отношения, мы советуемся друг с другом.

Открывать какое-то производство я не планирую — нужно больше спроса, чтобы потом было кому продавать эти инструменты. Хотелось бы, конечно, больше клиентов. И времени — у меня трое детей, и его не всегда хватает».

Продолжение истории — по этой ссылке.

Вот как подарок родителей (и это не деньги!) помог запустить бизнес

Что только ни делала Валерия Мороз (даже готовила веганские сладости!), чтобы собрать деньги на бизнес своей мечты. И если бы не дорогой подарок родителей, о котором она вовремя вспомнила, ее судьба сложилась бы совсем иначе. Сейчас фортепиано — основной инструмент в ее школе-студии музыкального обучения VM STUDIO.

«Когда идея по созданию проекта окончательно оформилась, я начала искать возможности заработать средства для открытия студии. Появилась идея делать полезные веганские сладости. Я создала страничку в Instagram, нашла много различных рецептов веганских сладостей, готовила их, фотографировала и выкладывала в Instagram, пыталась развивать страницу. Но из этого ничего не получилось: оказалось, у нас не так много веганов:)

Я рассматривала другие варианты торгового бизнеса, где практически не нужны вложения, чтобы заработать на открытие студии. Но дальше идей дело так и не двинулось — и мечта начала казаться неосуществимой.

Мысли о сложности реализации проекта продолжали крутиться в голове, пока мой знакомый не подсказал, что все это не так уж сложно — нужно действовать прямо сейчас! И в принципе, я согласилась, потому что основные инструменты для работы у меня уже были. Была гитара и еще несколько лет назад мои родители подарили мне достаточно дорогое фортепиано. Когда я узнала, что оно стоит $ 1000 — ругалась на маму и спрашивала: „Зачем мне такое дорогое фортепиано?“ Но, конечно, я очень благодарна им за такой подарок, который, по сути, изменил мою жизнь. Так что дело оставалось за помещением и минимальным набором мебели».

Читайте, чем закончился рассказ девушки.

Болезнь не помешала запустить бизнес

Предприниматель Алексей Алексеенко видит все в тумане, но это не мешает ему вести бизнес — «какой-никакой, а свой». Несмотря на диагноз «врожденная глаукома», 3 года назад он открыл магазин музыкальных инструментов (struna.by). Сложно ли это? Мы познакомились с Алексеем и записали его историю.

«Я бы никогда не подумал, что буду продавцом в магазине музыкальных инструментов. С детства была тяга к технике», — вспоминает Алексей. Он выучился на автослесаря 4 разряда, успел поработать по специальности, а дальше зрение стало мешать. Попробовали с товарищем открыть бизнес по продаже автозапчастей, но уже через несколько месяцев поняли, что это нерентабельно, и разошлись.

Так Алексей к своей профессии и не вернулся. А ушел в сторону другого хобби — музыки. «Ходит мнение, что если у человека плохое зрение, то он должен лучше слышать. Но я думаю, что просто более внимателен к звукам», — рассказывает мужчина и поясняет, что пробовал играть и на баяне, и на гитаре. Сейчас иногда придумывает музыкальные наброски. И карьера его сложилась так — лет в 20 он получил предложение поработать в магазине музыкальных инструментов, который принадлежит крупному поставщику.

И задержался там на 15 лет.

Смотрите видео и читайте весь репортаж.