Личный опыт «Про бизнес» 12 июня 2019

«Надоело протирать штаны в офисе». Посмотрите, как парень делает дуды из дерева и счастлив

Фото со страницы Дениса Сухого в Facebook

Минчанин Денис Сухой работал менеджером по продажам, потом выучился на звукорежиссера, а в итоге зарабатывает на изготовлении белорусских народных музыкальных инструментов. Мы съездили к Денису в мастерскую и расспросили, как он пришел к такому непопулярному бизнесу, сколько инструментов можно сделать в месяц и не собирается ли он открывать полноценное производство.

Свою первую дуду парень сделал в 2005 году. Пять лет назад Денис решил, что на офисной работе просто протирает штаны, уволился, и теперь изготовление и ремонт инструментов — его единственный заработок.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

«Первую дуду я делал полгода»

— Работать руками мне нравилось с самого детства: у меня была небольшая мастерская, где я делал кораблики, луки, арбалеты. Музыка меня тоже всегда привлекала: первым инструментом, на котором я научился играть, была гитара в 18 лет.

Когда я первый раз услышал дуду, меня очень удивил ее звук. И мне захотелось не только уметь играть на ней, но и делать. То есть понять этот инструмент еще и изнутри, как он устроен.

Тогда я учился на пятом курсе университета и познакомился с мастером, который за очередным разговором позвал меня в гости, чтобы показать, как делается дуда. Правда, к нему я съездил всего несколько раз — было далеко добираться, и обратился к другому. Конечно, мой вклад в первый инструмент был небольшим — я сделал буквально пару деталей. Но мастер показал мне основы, объяснил, как настраивать.

Свою первую дуду я делал полгода. Тогда у меня практически не было инструментов — я купил токарный станок, токарный патрон, резцы, сверла. Деньги, около $ 450, я одолжил у родителей.

В то же время я окончил университет и распределился на завод менеджером по продажам. Но чуть позже оттуда уволился и устроился в организацию, которая занималась ремонтом музыкальных инструментов. Мне казалось, что это будет очень интересная работа, особенно после завода. Но оттуда я тоже ушел.

Окончательно работу по найму я бросил в 2014 году. На тот момент я уже пять лет трудился в Академии искусств инженером по видеомонтажному оборудованию и учился там на звукорежиссера, параллельно занимаясь изготовлением музыкальных инструментов. Уходить было несложно, это было каким-то естественным шагом — я был уже достаточно известным мастером. И на тот момент музыкальные инструменты приносили мне больше дохода, чем работа в академии.

Сейчас я делаю дуды, колесные лиры, жалейки. Недавно вот заказали басетлю (басетля — белорусский народный струнный инструмент, похожий на виолончель. — Прим. ред.). Все остальные инструменты, кроме дуды, я учился делать сам. Что-то, конечно, спрашивал у мастеров на фестивалях, в которых участвовал как музыкант. Кроме того, я занимаюсь ремонтом музыкальных инструментов.

«Сначала материалы приходилось заготавливать самому»

Когда я только начинал работать, сложности были с материалами, потому что инструменты делаются из выдержанного дерева — клена и ясеня. И раздобыть хороший материал было трудно. Приходилось заготавливать самому: например, следить, где в городе спиливают клены, и забирать их себе. Сейчас таких проблем уже нет — есть люди, которые этим занимаются, дерево стало очень популярным материалом и очень просто его найти.

Кроме того, раньше было сложно купить у нас нужные инструменты, потому я покупал в Москве или в других городах и странах, когда ездил на разные фестивали. Помню, был как-то в Швеции, зашел в сетевой магазин хозтоваров и увидел лаки, о которых тогда только в журналах читал. Там же я купил японскую пилу. Сейчас у меня уже несколько станков и много инструмента — полноценная мастерская. Если захочу, можно тут и мебель делать.

Вместо рекламы у меня работает сарафанное радио — я никак не продвигал свои инструменты, все как-то происходит естественным образом. У меня есть аккаунты в социальных сетях — в Facebook и Instagram, где я выставляю фото и видео своих работ. Таргетированную рекламу не использую. Конечно, очень помогает участие в фестивалях. Но тут важно хорошо играть, чтобы показать людям, как звучат инструменты. И тогда они уже могут заинтересоваться.

Мои клиенты — это в основном люди, которые «в теме»: они занимаются исторической реконструкцией или увлекаются фольклором, музыкой. Хотя, конечно, бывают и случайные, те, у кого просто есть деньги. Половина клиентов — из Беларуси, остальная часть — из Литвы, Польши. Бывают заказы и из других стран — Америки, Швеции, Дании, Норвегии, Испании, но реже.

Например, как-то меня нашел ирландец, который живет в США. Он хоровик и руководит акапельной группой. Как-то для себя заинтересовался литовской дударской традицией и захотел приобрести дуду. Приехал на фестиваль в Литву, а местные уже посоветовали меня. Так мы и нашлись.

Еще одна моя дуда есть в музее в испанской Галисии. У них есть свой очень похожий инструмент — гайда. Меня приглашали туда на фестиваль, а потом заказали дуду для школьного музея, где учат играть на гайде.

«Чтобы открыть производство — нужно больше спроса»

Если первую дуду я делал полгода, то сейчас у меня уходит на это около двух недель. Колесные лиры делаются дольше — около двух месяцев. Жалейки быстро — дня три. Себестоимость дуды, например, около $ 50. Но это только материалы (а что еще в себестоимость тогда входит?). А продаю я их от $ 450, это средняя цена по рынку.

Самая дорогая дуда, которую я делал, стоила $ 700. Колесные лиры более дорогие, их цена $ 950. А жалейки — $ 100.

Изготовление музыкальных инструментов, с одной стороны, — несезонный бизнес, но я заметил, что летом заказов бывает меньше. Возможно, это связано с тем, что люди разъезжаются в отпуска. Количество заказов может быть разным, но как минимум один большой инструмент — вроде дуды или лиры — я делаю. Бывает, и три-четыре.

Конкуренции особой в этой сфере нет. В Беларуси есть 5−6 мастеров, которые делают инструменты. Но, мне кажется, сейчас я самый активный. С одним мастером, например, я поддерживаю дружеские отношения, мы советуемся друг с другом.

Открывать какое-то производство я не планирую — нужно больше спроса, чтобы потом было кому продавать эти инструменты. Хотелось бы, конечно, больше клиентов. И времени — у меня трое детей, и его не всегда хватает.