Top.Mail.Ru
Probusiness Youtube
  • 2,48 USD 2,4803 -0,0201
  • 2,4 EUR 2,3956 +0,0003
  • 4,28 100 RUB 4,2813 +0,0182
Про бизнес Регионы Татьяна Матвеева, «Про бизнес» 13 апреля 2022

«Чтобы люди увидели и сказали „Вау!“». История крутого печника, который умеет «делать, как в сказке»

Фото из архива героя
Андрей Шкурко. Фото из архива героя

Печник — это строитель-универсал. А еще он должен быть немного инженером, проектировщиком и дизайнером. Поэтому настоящих мастеров немного: во всей Беларуси около 300 печников. Витеблянин Андрей Шкурко строит печи, камины, барбекю уже 15 лет. Читайте историю предпринимателя, которого называют самым крутым печником в регионе, в партнерском проекте «Про бизнес» и Альфа-Банка.

— Печь должна быть долговечная — раз, эффективная — два, безопасная — три, — рассказывает Андрей. — И у каждого мастера свой подход к этому. Когда я только начал работать, хотел делать что-то красивое для портфолио. Чтобы люди увидели и сказали «Вау!». Но потом понял, что куда важнее досконально разобраться в газодинамике. Чтобы конструировать печь, нужно понимать, как внутри движутся горячие газы, как распределяется тепло. И на это ушли годы. А выложить узоры на печи, выточить что-то из кирпича — это круто, но все это прикладное.

«С каким волнением разжигал первую печь, помню и сегодня»

Андрей Шкурко окончил станкоинструментальный техникум в Витебске, полгода поработал на заводе. Получал, говорит, копейки — надоело. В начале 1990-х ушел на рынок. А в 27 лет махнул на заработки в Россию — как многие в то время.

— Несколько лет работал на стройках в Москве и Питере. Деньги платили хорошие: заработал на квартиру в Витебске.

Но я не хотел всю жизнь быть простым работягой — мечтал стать уникальным специалистом. А еще — хотел свободы, чтобы заняться любимым делом, самому организовывать свое время.

Узнал про курсы печников в Санкт-Петербурге. Отучился там 1,5 месяца, поработал подмастерьем у опытного человека. И вернулся в Витебск. Дал объявление в газету, что я печник.

Свою первую печь Андрей помнит и сегодня.

— Поехал разбирать старую печку. Но один угол остался. Он висел, и я под ним встраивал свою печь. Довольно опасная конструкция. У меня — стресс! Дней пять работал дольше, чем по 12 часов. По ночам не спал, обдумывал, как и что буду делать завтра. Никогда не забуду волнение, когда разводил огонь в той печке. Хозяин вышел из комнаты, я взял газету для розжига — руки дрожат! Но, к счастью, все получилось.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

Заказы поступали один за другим. И года через два, вспоминает Андрей, началось «головокружение от успеха».

— Меня накрыло звездной болезнью: я все могу, я крут! Наказание за раздутое самомнение пришло быстро: треснула печь у одного клиента. Я понял, в чем ошибка, переделал, постарался максимально загладить вину. Повезло еще, что заказчик попался адекватный, все понял. Но я тогда вынес урок: в печном деле — очень много секретов, и чтобы освоить их все, жизни не хватит.

Альфа-Банк в Беларуси уже 13 лет помогает предпринимателям и компаниям строить бизнес и реализовывать себя.

Мы знаем, что начинающим очень нужны уверенность в том, что у них все получится, а еще доступные и понятные инструменты для бизнеса.

Пакет услуг для малого бизнеса «Безупречный старт» за 0 BYN — для всех, кто планирует открыть свое дело.

Подробнее — здесь.

Современные люди мечтают о печке из сказки «Гуси-лебеди»

Сколько печей построил за все время, Андрей не считал. В месяц получается поставить минимум одну, максимум — три, в зависимости от степени сложности конструкции. В среднем на работу уходит около двух недель.

Больше всего востребована сейчас кирпичная хлебная печь.

— Таких — примерно 50% моих заказов, — объясняет мастер. — Это обычная русская печь, но маленькая. Она и обогревает, и готовит. В ней можно запечь гуся, томить кашу, борщ, сделать пиццу и т.д. Стоит такая печь $ 1,5−2 тысячи.

Многие просят печку «как у бабушки».

— Бывает, человек возвел большой хороший дом, но не предусмотрел место под печь. Строит тогда на улице беседку и ставит там классическую русскую печь — с лежанкой. Как в сказке «Гуси-лебеди».

Потому что у белоруса мечта: хочу печку, как у бабушки. И он упорно к ней идет. А потом не нарадуется, как здорово готовить в «бабушкиной» печке.

А самому мастеру больше всего нравится строить уличные комплексы — барбекю. Они подразумевают готовку в летней кухне в беседке.

— Это сейчас модно. И стандарта здесь нет: я строил комплексы и с 5−6 очагами. Там есть, например, мангал, русская или помпейская печь, тандыр, коптильня и т.д.

Один хозяин использует комплекс полностью, он в восторге, как там готовится стейк, как запекается птица. А у другого заказчика конструкция стоит как памятник. Скорее всего, человек это приобрел, чтобы похвастать перед друзьями: мол, у меня есть и такая крутая штука. Мне же, как мастеру, не интересно, чтобы мое изделие просто стояло.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

«На амортизацию машины и инструмента нужно каждый месяц откладывать $ 500»

Андрей Шкурко — ИП. До января нынешнего года у него был подсобный работник, он выполнял в основном неквалифицированный труд. Предприниматель платил ему зарплату — в среднем 1300 рублей (около $ 500 долларов по курсу в декабре 2021-го).

— Но в этом году от помощника я отказался.

В 2021 году предприниматель ежемесячно отчислял государству около 450 рублей ($ 180): 292 рубля (чуть более $ 100) — в ФСЗН, 98 рублей (около $ 40) — налог за себя, 46 рублей (около $ 20) — налог за наемного работника.

— Сейчас буду платить подоходный налог — 16% от выручки.

В 2021 году, говорит печник, его доход составлял около $ 2,5 тысячи в месяц. Оплату принимает наличными или переводом на карту, с юрлицами работает по договору подряда.

— Но это доход «грязными»: из этой суммы шли все отчисления в бюджет, обслуживание автомобиля, покупка или ремонт инструментов, зарплата помощника.

«Бывает, чуть ли не по всей Беларуси собираем заказ»

«Средней цены» печи или камина, по словам Андрея, не бывает: все зависит от модели, размера, наличия декоративных элементов и т.д. Стоимость изделия мастер оценивает не по количеству выложенных кирпичей, а по затраченному времени на объекте.

— Материалы для кладки — расходы заказчика. Я только составляю смету и могу подсказать, где и что купить качественнее и дешевле. Бывает, что чуть ли не по всей Беларуси собираем заказ: что-то покупаем в Витебске, что-то привозим из Минска, что-то — из Гродно. Многие клиенты приобретают материалы и в России.

В инструменты предприниматель, по его подсчетам, вложил не менее $ 5 тысяч.

— Поначалу у меня была одна болгарка и несколько ведер. И я думал, что этого печнику достаточно, — с улыбкой вспоминает Андрей.

— Потом понял, что без профессионального инструмента не обойтись. Первый станок купил только тогда, когда понял, что обладаю уже достаточным опытом. Стоил он $ 1300. Еще за одним станком стоимостью около $ 2 тысяч ездил в Украину.

Транспортные расходы немалые: езжу по всей стране и иногда в Россию.

На амортизацию мне нужно откладывать каждый месяц около $ 500 долларов. Это минимум: на ремонт нынешней машины и инструмента, а также запас на обновления.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

Около $ 400 в год Андрей тратит на повышение квалификации: ездит на семинары, конференции, где собираются опытные печники из разных стран.

Свои услуги предприниматель не рекламирует: заказчики приходят через сарафанное радио или же находят информацию о нем на специализированных сайтах.

— Только недавно создал аккаунт в Instagram. Вижу, какие классные профили у моих коллег из разных стран, тоже хочу научиться.

«В 2014-м зарабатывал раза в полтора больше, чем сейчас»

Андрей отмечает, что в начале карьеры к нему в основном обращались люди со средним достатком, а сейчас все больше клиентов, чей доход значительно выше среднего. Есть и те, кто может позволить себе построить и эксклюзивные вещи.

— По крайней мере, до последнего времени такие заказчики находились. Я даже не думал, что такое возможно в Витебске.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

И, тем не менее, предприниматель почувствовал, как просел рынок по сравнению, например, с 2014 годом.

— Тогда я зарабатывал раза в полтора больше, чем сейчас. А потом кризисы — и заказов становилось меньше и меньше.

Сейчас, когда курс белорусского рубля нестабилен, Андрей идет навстречу заказчикам:

— В этом сезоне еще до февраля оговаривал с клиентами определенную стоимость работы в долларовом эквиваленте. А потом курс резко вырос, и в белорусских рублях, получается, все серьезно подорожало.

Приняли решение фиксировать курс по 3 рубля за доллар.

Как и многие белорусы сейчас, мастер переживает, что его ожидает, будет ли у него работа.

— Печь — не товар первой необходимости. Если платежеспособность населения упадет, не понятно, будут ли у меня заказы. Вообще, кирпичная печь, предполагаю, скоро уйдет в прошлое — у нее останутся единичные ностальгирующие заказчики. Далее, возможно, классические печи заменят модульные конструкции, которые собираются за 1−3 дня. Но пока есть спрос — будем строить и подстраиваться под внешние обстоятельства.

Партнер проекта

Читайте также