Войти
  • 1,94 USD 1,9405 0
  • 2,33 EUR 2,3295 +0,0033
  • 3,34 100 RUB 3,3389 +0,0016
Lifestyle
Алиса Ксеневич 8 сентября 2017

В сегменте «дорого-богато» доминируют славяне: наш журналист побывала в пустыне, на фестивале Burning Man и — впечатлилась

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич, probusiness.io

Ежегодно фестиваль радикального самовыражения в Неваде собирает 70 тысяч людей и меняет их навсегда и бесповоротно. Несмотря на масштаб и некоммерческую природу (здесь нет спонсорства, рекламы, за деньги можно купить только лед и кофе) «Бернинг Мен», безусловно, является успешным бизнес-проектом. Предприниматели из Силиконовой Долины, бизнес-элита со всего мира ежегодно съезжается туда. Наш журналист Алиса Ксеневич побывала на очередном фестивале и делится своими впечатлениями.

Burning Man (в буквальном переводе — «горящий человек») — ежегодное восьмидневное событие, происходящее в пустыне Блэк Рок (США, штат Невада). Фестиваль начинается в последний понедельник августа, в ноль часов одну минуту. Кульминация происходит в субботу после заката, когда сжигают огромную деревянную статую человека.

Организаторы определяют событие как эксперимент по созданию сообщества радикального самовыражения, при этом полностью полагающегося только на себя.

Эффект, оказываемый фестивалем на экономику штата Невада, сравним с тем, что наступает с приходом рождественских праздников. Магазины, заправки, отели, кафе, точки проката транспорта процветают. Согласно данным отчета за 2016 год, в среднем «бернер» тратит на подготовку к фестивалю и дорогу туда и обратно около 3000 долларов. Шестая часть этих средств остается в Неваде. Не потому ли представители торговли и сферы услуг так приветливы и по-христиански терпимы к бернерам, моющимся в туалетах заправочных станций и оставляющими за собой шлейф трудно выводимой белой пыли?

Целевая аудитория

Кто они — бернеры? Хиппи нового времени? Любители техно? Наркоманы-кислотники? Мечтатели, эзотерики? Отбросим романтику и посмотрим данные официального отчета.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Средний возраст участника фестиваля в 2015 году составлял 33 года. В 2016 — 34 года. Я сама начала ездить на фестиваль в возрасте 30 лет, — раньше было желание, но не было финансовой возможности.

43,1% участников фестиваля имеют степень бакалавра, 31,3% — степень магистра или доктора наук.

С точки зрения расовой принадлежности, очевиден перекос в сторону «белых». В 2016 году они составляли 79,1% от общей популяции, азиаты — 5,7%, латиноамериканцы — 4,3%, афроамериканцы — 1,1%, индейцы — 0,4%, остальные расы — 9,4%. 79,5% посетителей фестиваля — американцы (из них почти половина живут в Калифорнии). Европейцев приезжает даже меньше, чем канадцев — 5,5% против 6,7%. Около 70% участников приезжает на «Бернинг Мен» повторно.

На «Бернинг Мен» очень много развлечений с сексуальным контентом — будь то воркшоп по основам БДСМ, массаж интимных зон с помощью электрической щетки для полировки полов, различные пикантные мастер-классы. Не то чтобы бернеры такие уж развратники, но… 35,9% не состоят в отношениях, 31,4% состоят, но не в браке, 25,2% замужем или женаты, и у 7,5% «все сложно».

Разъезжая по территории фестиваля на велосипеде, я заметила на одном из поворотов знак: «Если мы не будем грешить, то Иисус умер зря». Через пару километров — еще один с десятью аргументами в пользу того, что пиво лучше Бога. Богохульство? Как посмотреть. 46,5% бернеров не относят себя ни к какой религии, но считают себя «spiritual» (одухотворенными). 24,8% — атеисты, 14,7% — агностики, 0,8% — деисты (напоминаю, треть бернеров имеют степень магистра). 6,1% называют себя религиозными и 7,1% затрудняются ответить.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Бернеры — люди, крепко стоящие на ногах. В 2016 году средний годовой доход участников фестиваля составил 60 тысяч долларов. В 2015 году — 54 900. 24% бернеров зарабатывают от $ 100 до 300 тысяч в год, 3,4% — более $ 300 тысяч, 29% — $ от 50 до 99, 21,2% — от $ 25 до 49, 21,9% — менее $ 24 тысяч в год.

Для последней категории организаторы фестиваля предусмотрели отдельную очередь покупки билетов со скидкой. Если обычный стоит 425 долларов, то льготный — 190.

«Бернинг Мен» не нуждается в рекламе. Спрос на участие в фестивале во много раз превышает предложение.

70 тысяч билетов распродаются за сорок минут, в порядке онлайн очереди.

Не успел попасть в число счастливчиков — есть шанс купить билет на вторичном рынке, где вовсю орудуют «скальперы», подделывающие оригиналы билетов или дерущие за них двойную, а то и тройную плату.

«Бернинг Мен» коммьюнити призывает игнорировать скальперов, дабы не подогревать рынок. Но легко сказать…

В этом году я оказалась в ситуации, когда перед отправлением экспресс-автобуса из Сан-Франциско в Блэк Рок Сити (место проведения фестиваля) выяснилось, что вместо билета в кошельке бережно сохранена… закладка из книжки с картой и расписанием мероприятий фестиваля. Вид у билета и закладки почти одинаковый, но с обратной стороны билета есть штрих-код. Я по рассеянности приняла одно за другое! Соседка по нью-йоркской квартире, которую я подняла среди ночи телефонным звонком, перетрясла все в моей комнате, но билета не нашла.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Факт наличия подтверждения покупки билета (транзакция отображена в банковском счете) не устроил организаторов, без заветной полоски картона меня даже в автобус не впустили. Пришлось потратить день на поиск нового билета, благо, мир не без добрых людей, и нашелся человек, предложивший отдать билет друга без всяких накруток. Когда я, рыдая от счастья, полезла в визитницу, чтобы оставить ему свой контакт на случай, если ему понадобится помощь в Нью-Йорке, оттуда на меня наглой красной рожей смотрел… мой собственный билет на «Бернинг Мен»!

Всем к стенке и не двигаться!

После чудесной находки я тут же занялась поиском попутчиков. В соответствующей группе на Фэйсбуке увидела объявление о том, что водитель микроавтобуса из Сан-Франциско набирает попутчиков для поездки на «Бернинг Мен». На вопрос о цене вопроса он ответил уклончиво: «Ты у меня пока одна на борту, так что 90 плюс пожертвования».

Отдав ему последнюю наличку, я заснула крепким сном на чем-то вроде софы в кабине микроавтобуса. В Рено к нам подсело еще шесть человек — архитектор из Лондона, безбашенная пара из Техаса, пара поспокойнее из Калифорнии и улыбчивый филиппинец лет сорока. Багаж филиппинца был полностью утерян при перелете из Канады в США, с собой у него не было ничего, кроме пластикового пакета с апельсинами и упаковки пива. Но он не унывал — «Плайя обеспечит!» («плайя» — дно высохшего озера, на котором размещается фестиваль).

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Пара из Техаса трещала без умолку. Бородач балагурил, шутил и время от времени затягивался косячком с марихуаной. Сидений как таковых не было, так что те, кому не хватило места на софе, сидели на полу микроавтобуса. До «Бернинг Мена» оставалось километров десять, когда нас с мигалками остановила полицейская машина. Люди в бронежилетах с оружием ворвались в салон и приказали всем выйти наружу.

С собой не брать ничего! Не переговариваться! Стать лицом к стене!

Пока мы стояли в шоке, овчарка обнюхивала багаж. Архитектор из Лондона возмущался грубым попранием своих гражданских прав и человеческого достоинства. Каждому устроили мини-допрос: откуда, куда, имя, фамилия, адрес, с кем из попутчиков знакомы… Из моей сумки полицейский победоносно вытащил контейнер с белорусским аспирином, бромгексином, кеторолом и антисептическим спреем для горла. Недоверчиво покрутил в руках, всматривался в названия препаратов, но видя, как я захожусь в приступах кашля и беспрерывно сморкаюсь в платок, вздохнул и засунул их обратно в сумку.

Тем временем из салона вынесли увесистый пакет с кокаином, несколько свертков с марихуаной и таблетками.

Весельчак-бородач поменялся в лице и стал звонить адвокату. Его подружка молча курила рядом. Пару забрали в отделение, весь их багаж (за исключением наркотиков) остался в микроавтобусе. Мы же продолжили путь, сидя среди развороченных чемоданов в полном молчании. Филиппинец предложил пиво. Никто не отказался. Теперь у него оставались только апельсины.

Через пару дней на фестивале я встретила своего попутчика. С тех пор, как мы распрощались, филиппинец обзавелся велосипедом, шарфом, спортивными очками…

— Все подарки! Плайя обеспечила!

— А где же ты спишь?

— Тут недалеко есть шатер с гамаками.

— А воду где берешь?

— Так делятся же!

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Плата за комфорт

Комфорт на «Бернинг Мен» — понятие относительное. Оба раза я приезжала в составе лагеря, что означало доступ к душу, палаточной кухне, зоне отдыха с навесами от солнца, обеспечение водой и электроэнергией. Стать участником лагеря можно по рекомендации и оплатив расходы на его поддержание (в разных лагерях эта сумма может составлять от 250 до 400 долларов). У каждого есть обязанности, — кто-то занят в возведении лагеря, кто-то чистит душевые, кто-то готовит ужины, кто-то моет посуду, кто-то выступает в качестве массовика-затейника, зазывая людей принять участие в развлечениях (у нас были тир, «конфетки от незнакомцев», класс выжигания солнечным светом по дереву, гонки наперегонки с ножницами).

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Можно противопоставить себя пустыне и выживать в одиночку. Поставить палатку. Закупиться бутылями с водой. Обтираться влажными салфетками и ходить на помывку в лагеря, предоставляющие подобные сервисы в виде подарка. Впрочем, друзья, пережившие подобный хардкор, больше эту опцию не выбирали.

Место в recreational vehicle (трейлер с четырьмя спальными местами, душевой и кухней) стоит порядка тысячи долларов. Не самый дешевый вариант, но 18% бернеров он по карману.

Для богатых и знаменитых предусмотрены зоны с комфортабельными и кондиционированными тентами, трехразовым питанием, официантами, VIP-вечеринками и аэродромной площадкой.

По идее, вход в лагеря должен быть свободный, но эти оазисы закрыты для простых смертных. Вход в них охраняется, так что попить пивка с титанами Силиконовой Долины вряд ли удастся. Если только кто-нибудь из них не остановится, чтобы помочь вам починить велосипед, что иногда, по слухам, случается.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Следует принять тот факт, что знакомства на «Бернинг Мен» носят мимолетный характер и редко переходят в реальный мир. Сюда приезжают, чтобы не думать о работе и пожить в утопии. Без галстука, Интернета и забот.

Мурашки в подарок

Каким бы комфортабельным и кондиционированным не был временный дом в пустыне, вне него все равны. В прошлом году настоящим испытанием были пыльные бури, в этом — жара. С двенадцати до трех жизнь на фестивале замирала и тянулась, как сироп, а мы были вроде мух, застрявших в этом сиропе. Не спасали ни вееры, ни мокрые полотенца на лбу, ни забористые «Кровавые Мэри» со льдом, ни теневые конструкции…

Аномально жаркие дни сменялись аномально теплыми ночами. Почти все время можно было обходиться без искусственных шуб. То, что в этих условиях люди бежали марафоны, поражало! Участник нашего лагеря пробежал марафон за 6 часов 13 минут. В миру поджарый 50-летний инвестор с Уолл Стрит, любитель гаванских сигар, на «Бернинг Мен» он раздевается догола, обмазывается серебряной краской и прикрепляет бумажку с номером к соскам булавками.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Из последних сил люди садились на велосипеды и, рискуя получить солнечный удар, приезжали на дневные воркшопы. На одном из них учили создавать и декорировать наклейки для сосков. На другом — лепить из клейкой массы, пахнущей штукатуркой, насадки, имитирующие «стоящие» соски. На третьем участники сидели в кругу с закрытыми глазами, в то время как шаман рисовал на их спинах кистью узоры под расслабляющую музыку.

В принципе, на «Бернинг Мене» есть все, до чего может разгуляться ваша фантазия. Массаж ягодиц? Пожалуйста. Чай у костра с ведьмами? Приходите в семь. Дискотека на ретро-роликах под хиты Майкла Джексона? И это есть.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Лично для меня откровением стал класс, посвященный АСМР эффекту. Автономная сенсорная меридиональная реакция — это феномен восприятия, характеризующийся отчетливым приятным ощущением покалывания в коже головы в ответ на определенные зрительные, слуховые и тактильные триггеры.

В мире не так уж много людей, способных этот эффект испытывать, и я одна из них. Долгое время считала это своей уникальной особенностью, так как ни сестры, ни друзья не могли понять, о каких таких «мурашках на поверхности мозга» я говорю. Это необычайно приятное чувство настигало меня, если кто-то молча и внимательно рассматривал принадлежащую мне вещь, или писал моей ручкой. Состояние неги, легкого транса, удержать которое невозможно, но очень хочется. У кого-то такая реакция может возникнуть на вкрадчивый шепот или монотонные звуки рвущейся бумаги, печатающей машинки, стрижки волос… Тема АСМР получила широкую огласку после статьи 2011 года в американском научном журнале «Neuropsychology». И вот сейчас я сижу на «Бернинг Мен» среди таких же таких же АСМР-щиков, а над нами порхают, шепчут, что-то деликатно рвут и едва касаются спины парни и девушки. И все все понимают, и никому не надо ничего объяснять. Какие к черту наркотики. Просто повертите в руках мой брелок.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Дорого-богато

«Бернинг Мен» критикуют за поверхностность, утрату духа, за то, как он презентуется в Сети — белые девушки модельной внешности на фоне инсталляций.

Фестиваль стал частью массовой культуры, породил отдельное направление в моде — burning man style. То, что выглядит как хаотично раскрашенное рванье и реквизит бродячего цирка, продается по 100−200 долларов за изделие. Шарфы, мундиры, капитанские шапки, бутсы на платформах, очки для сноуборда, украшенные шипами и розами… Можно, конечно, мастерить наряды самому, но материалы для крафтинга тоже влетают в копеечку.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

В четверг на фестиваль съезжаются так называемые «уикендеры», которым неинтересно выживать в пустыне 8 дней и хочется просто потусить. Айтишники из Силиконовой Долины, модели из Лос-Анджелеса. Первых легко узнать по простым трикотажным майкам. Вторые надевают на себя сложные конструкции из металла, перьев и блесток и позируют профессиональным фотографам.

Среди пафосных тусовщиков очень много славян. Я бы сказала, что в сегменте «дорого-богато» они доминируют.

Предрассветные рэйвы Robot Heart немыслимы без девушек-сирен в кокошниках за пару сотен долларов, томно попивающих шампанское из горла бутылки.

Наркотики — спорная и неотъемлемая часть культуры «Бернинг Мена». Было бы наивным думать, что можно не спать ночами и танцевать до 11 утра без помощи стимуляторов. Рейнджеры, которые на фестивале выполняют функцию полиции, смотрят на употребляющих наркотики сквозь пальцы. Может быть, потому, что сами являются бывшими бернерами. Иногда они проводят в лагерях рейды с целью конфискации запрещенных препаратов, но их главная функция заключается в том, чтобы ориентировать людей на местности и доставлять тех из них, кто переживает «плохой» приход, в пункты оказания медицинской и психологической помощи.

Вся прибыль — в искусство

Пустыня — идеальный фон для гротескных скульптур и инсталляций. Организаторы фестиваля ежегодно уплачивают пошлину в размере 4,5 миллионов долларов за использование территории пустыни Блэк Рок. Еще порядка 300 тысяч долларов уходит на счет местных правоохранительных органов. Рейнджеры, следящие за порядком на фестивале, набираются из числа волонтеров.

Всего на организацию фестиваля тратится около 30 миллионов долларов.

Прибыль от продажи билетов, льда и кофе (около двух с половиной миллионов) организаторы реинвестируют в программы, поддерживающие искусство. Дизайнеры подают заявки с проектами своих работ, и дирекция «Бернинг Мена» выбирает из них несколько десятков, на создание которых выделяется финансирование. В зависимости от масштаба проекта это может быть как 10, так и 200 тысяч долларов.

Фото: Алиса Ксеневич
Фото: Алиса Ксеневич

Кто-то собирает средства на создание скульптур, арт-каров и инсталляций самостоятельно, через краудфандинг.

Произведения искусства носят интерактивный характер, — на них можно карабкаться, качаться, залезать внутрь, кто-то даже использует поверхность инсталляций для занятий сексом. Те из них, что изготовлены из дерева, торжественно сжигаются в один из последних дней фестиваля.

— Мир не может быть одним сплошным нескончаемым карнавалом, — сказал в одном из интервью отец-основатель «Бернинг Мена» Ли Харви, — Но нам хочется думать, что, покидая фестиваль, люди продолжают жить в соответствии с десятью принципами «Бернинг Мена», и что фокус их внимания смещается с потребления на формирование качественных связей с другими людьми. Если ваша самооценка зависит от того, что и в каких количествах вы потребляете, как много «лайков» ставят вам в социальных сетях, что-то нуждается в коррекции. Задумайтесь, чего в вас больше — желания обладать или желания помогать? И что в итоге делает вас счастливее?

Фото: Алиса Ксеневич
Инсталляция «Древо Жизни», фото Майкла Матуро

Подпишитесь и читайте нас в Facebook!

Подписывайтесь на наш канал в Telegram!
telegram.me/probusiness_io

Комментарии

Войдите, чтобы оставить комментарий

Платный контент

20170626