Top.Mail.Ru
Probusiness Youtube
  • 2,56 USD 2,5593 +0,0199
  • 2,88 EUR 2,8761 +0,0275
  • 3,39 100 RUB 3,3862 -0,0181
Личный опыт Анна Руденко, «Про бизнес» 22 октября 2021

«Спрашивают: „А правда, что здесь можно 300% „накручивать“?“ Мы смеемся». История парня, который зарабатывает на грибах

Фото из архива героя
Глеб Дерюга. Фото из архива героя

4 года назад у предпринимателя из Молодечно Вячеслава Дерюга были работающий бизнес в розничной торговле, пустующее здание площадью около 3 тыс. «квадратов» в собственности, донорское сердце (Вячеслав в 2009-м перенес операцию трансплантации), наконец-то — здоровье и огромное желание в свои 48 лет организовать еще один семейный бизнес. Чем заниматься, «подсказали» рабочие связи с поляками, которые на всю Европу славятся своим опытом по выращиванию грибов. «Будем и мы выращивать шампиньоны», — решил предприниматель. Идею поддержал и стал реализовывать старший сын Глеб — и с 2017 года парень занимается производством грибов в здании бывшего овощехранилища на окраине белорусского райцентра. За это время он, признается, набил шишек, потерял немало денег — зато приобрел много знаний и опыта и может конкурировать за покупателя с крупными белорусскими производителями. Рассказываем историю семейного бизнеса «Империя шампиньонов» (ООО «Фрутэгмилк»), который за 4 года вырос в 10 раз — и не думает останавливаться.

Глеб Дерюга пришел в грибной бизнес в 21 год, не имея никакого представления о биологических процессах и климатических особенностях в нем. Получил экономическое образование в БГУ, поучился в Лондоне — и вдруг оказался среди стеллажей с компостом.

Фото: probusiness.io
Стеллажи с компостом. Фото: probusiness.io

Предприниматель рассказывает, что первые полгода он буквально ночевал на производстве. Этот бизнес — живой организм, требующий постоянного контроля и смены климата в камере — помещении, где выращивают грибы, — в зависимости от фазы созревания грибного блока. Тогда все на семейном производстве регулировалось вручную.

— Мы начинали с одной камеры и 270 стеллажных метров, — вспоминает Глеб. Сейчас производство размещено в 7 камерах на 3 тыс. стеллажных метров.

Фото: probusiness.io
Торф на компосте. Фото: probusiness.io

В каждой камере в производстве 20 или 40 тонн компоста. Его импортируют из-за границы: в Беларуси нет работающих производств компоста для шампиньонов. Тонна сырья стоит около € 200 (плюс растаможка, налоги, доставка).

— Компост состоит из соломы, извести, куриного помета, добавок и, собственно, мицелия грибов. Полиэтиленовые пакеты с ним раскладывают на 5-этажных стеллажах. Сверху — слой торфа. Раньше мы закупали украинский торф, он был достойного качества. Сейчас впервые решили попробовать белорусский — наблюдаем в одной из камер. Стоят они приблизительно одинаково — около 150 бел. рублей ($ 60) тонна. По технологии компост и слой обогащенного кислородом торфа нужно вручную взрыхлить. Потом в камере выставляется определенная температура и уровень влажности — они меняются на протяжении всего срока выращивания грибов и у каждого производителя являются коммерческой тайной, — и начинается полив. Чтобы мицелий «проснулся» и пошел в рост, на квадратный метр ежедневно нужно очень много воды, — рассказывает Глеб.

Фото: probusiness.io
Прорастающий мицелий. Фото: probusiness.io

В себестоимость шампиньонов включают:

  • Стоимость компоста (плюс растаможка)
  • Транспортные расходы — доставка сырья
  • Электроэнергию для работы климатической техники
  • Воду для полива
  • Амортизационные расходы
  • Оплату труда работников
  • Услуги консультанта.

С того самого квадратного метра компоста в две волны здесь получают около 30 кг грибов. Цикл производства — 33 дня. В первую волну снимают около 65% урожая, во вторую — оставшиеся 35%. Потом отработавший компост реализуют фермерам: Глеб говорит, что на этом компания не зарабатывает, лишь отбивает транспортные расходы, но не выбрасывать же — идеальное органическое удобрение.

— 17 дней растут грибы первой волны, потом 6 дней идет сбор, второй волне нужно еще 4 дня — и снова 5 дней сбора, — поясняет Глеб. Каждый день он, технолог предприятия, изучает состояние мицелия в каждой из камер: — Как врач в больнице — так же и я хожу «на обход». Если вижу проблемы с компостом или нетипичное «поведение» мицелия, могу проконсультироваться с зарубежным специалистом — у нас есть договорные отношения.

Фото: probusiness.io
Фото: probusiness.io

Предприниматель поясняет: в Беларуси, к сожалению, почти нет специалистов по выращиванию шампиньонов — приходится сотрудничать с польскими экспертами.

— Они там давно развивают семейные производства, династиями десятилетиями растят эти грибы — отсюда и опыт, и знания. А в Беларуси сегодня всего два семейных производства — наше и в Брестской области. И мелких, и крупных наших производителей шампиньонов консультируют поляки: у тех, кто может себе позволить, нанятые поляки работают технологами, к остальным раньше приезжали несколько раз в году, сейчас все сотрудничество удаленное.

Беда в том, что мы не можем даже польскую климатическую установку для выращивания нормально отрегулировать без поляков — нет у нас таких специалистов.

В «Империи шампиньонов» в месяц выращивают 60−70 тонн грибов. Урожай зависит от множества причин: сезона, качества компоста, работы сборщиков и т.д. Поставляют собственным транспортом — у компании есть взятые в лизинг 7 автомобилей массой до 3 тонн, — в крупные торговые сети и оптовые компании Минска и области, Гомеля, Витебска.

— Раньше поставляли и в Россию — на экспорт уходило около 10% объема. Но в последнее время цена там почти сравнялась с нашей — очень активно развиваются отечественные производства, транспортные расходы выше, чем при работе по Беларуси, — и уже три месяца мы туда ничего не отправляем. Станем ли потом — не знаем, посмотрим, что будет с рынком. Самые крупные белорусские производители, насколько знаем, наоборот, экспортируют до 90% грибов.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

В некоторых источниках выращивание шампиньонов называют «самым высокорентабельным из всех видов сельскохозяйственных производств». Спрашиваем, так ли это. «Мы такое тоже слышали», — смеется Вячеслав Дерюга.

— Нам иногда звонят новички, которые хотят стартовать такой бизнес.

«Слушайте, — говорят, — а правда, что здесь можно 300% „накручивать“?» Я отвечаю: «Ну, возьмите пару брикетов и попробуйте. Сможете сверху „накрутить“ 300% — расскажете, как».

— На самом деле рентабельность «плавает» в зависимости от сезона, производителя, качества гриба. 10−15% — вот это похоже на правду. Допускаю, что у крупных производителей на современных производствах рентабельность выше — но у них и вложения несопоставимые.

Глеб рассказывает, что только на первоначальном этапе они с отцом вложили в те самые «стартовые» 270 стеллажных метров около $ 100 тыс. В нынешнее же, выросшее за 4 года в 10 раз, производство — суммарно уже почти $ 700 тысяч. А чтобы создать крупное современное полностью автоматизированное предприятие, нужны инвестиции от $ 5 млн.

Фото: probusiness.io
Глеб и Вячеслав Дерюга. Фото: probusiness.io

— У нас таких денег и инвесторов пока нет. Брали кредиты на $ 200 тыс., остальное вытаскиваем из второго бизнеса — розничной торговли — и реинвестируем из оборота. Рассматриваем варианты привлечения инвестиций.

Годовой оборот компании — около $ 2 млн. Бизнес прибыльный, на инвестиционную окупаемость «Империя шампиньонов» вышла через полтора-два года после старта.

Сегодня на производстве работает от 30 до 50 человек. Основная команда — технолог по сбору, технолог, бригадир по сбору, бухгалтер, директор. Сборщики грибов есть постоянные и временные — тех привлекают по мере надобности по договору подряда, зарплата зависит от выработки.

— Проблемы с поиском людей сейчас огромные — никто не идет. Когда мы только запускались, 4 года назад, очереди стояли. А сейчас в регионах есть сложности с поиском ответственных, работящих, непьющих людей. Есть у нас работники не только местные — приезжают из Вилейки, Сморгони, Воложина.

Фото: probusiness.io
Фото: probusiness.io

На рекламу «Империя шампиньонов» не тратится — нет, говорит Глеб, смысла: грибов и так на весь рынок не хватает.

— И Беларусь просит, и Европа. Пока мы на Европу не работаем, сложно добиться европейского качества — нужна дорогостоящая химия, которая влияет на урожайность, товарный вид. Крупные белорусские производители, думаю, ее применяют — для нас же это пока не по карману.

Скоро Рождество и Новый год — и даже в Беларуси будет сплошной дефицит. Спрос есть всегда.

Но надо понимать, что бизнес нестабильный и рискованный: летом нужно работать в минус. Если не согласен — останавливайся, но потеряешь клиентов. Сезонность — не только наша проблема. Везде так, но, например, поляки, понимая, что проблема у всех производителей, создают ассоциации, кооперации — и договариваются, как совместно выживать во внешних условиях. У нас такого нет: каждый держится, как может, каждый за себя.

Фото из архива героя
Фото из архива героя

Лето — вообще самый страшный сезон для производителей шампиньонов. Рыночная цена стабильно падает процентов на 20 по сравнению с «высоким сезоном», на столько же падает производительность, а вот себестоимость часто растет. Всему виной — жара.

— Грибы очень чувствительны к климату — например, температура должна быть строго определенной в каждый момент развития гриба. И если на улице становится +25°С, то нужно включать мощные охладители — чиллеры. Мало того, что они сами дорогие — хороший промышленный аппарат стоит около $ 100 тыс., — так еще и потребление электроэнергии при его постоянном использовании растет в 5−6 раз, — объясняет Глеб.

Но рисков хватает и помимо сезонности.

1. Качество компоста сложно оценить не то что при покупке — даже на входе

— Если тебе привезли некачественный компост, ты увидишь это только ближе к сбору грибов, — поясняет Глеб.

Иногда производители шампиньонов пытаются предъявлять претензии производителям компоста, но это редко заканчивается компенсацией, и даже если получилось что-то «отвоевать» — это часто не покрывает потери.

2. «Болезни» гриба

Как и любой живой организм, шампиньон может «болеть» — и это снова становится очевидным уже ближе к сбору, когда ты вложил в эту партию много времени и средств.

Фото: probusiness.io
Пораженный плесенью компост. Фото: probusiness.io

— Ну или просто не растет так, как ты ждешь. Визуально все хорошо, все параметры выдержаны — а как нужно, не растет! Эти проблемы — с качеством компоста, непонятным поведение мицелия, «болезнями» компоста и гриба — есть у каждого производителя, — поясняет Глеб.

Никаких готовых решений нет — технолог должен все фиксировать, думать, анализировать и искать решение с консультантами. Может, в следующий раз получится.

Сложнее всего, вспоминает предприниматель, было на этапе запуска.

— Мы многого не знали, не понимали, учились на своих ошибках. Был момент, когда по вине перевозчика фура трое суток простояла на таможне — и компост весь сгорел (испортился из-за неправильных условий хранения из-за выделения излишнего азота). Мы даже на полки его не закладывали — выгрузили 22 тонны из фуры на землю и едва не заплакали. Считай, € 10 тысяч взяли и выбросили. Потом как-то уже на полках сгорели 40 тонн: а мы уже понесли затраты на воду, электроэнергию, рабочих, транспорт, сырье. Еще € 20 тысяч выброшены. Из-за болезней грибов только этим летом пять раз теряли немало: где-то погибала вся камера — и это минус € 20 тысяч, где-то по 30−60% потенциального урожая приходилось выбрасывать.

3. Выход оборудования из строя

— Если сломалась климатическая установка — это беда. Когда мы только начинали, буквально ночевали полгода на производстве. Тогда еще не было денег на автоматику — все круглосуточно регулировали вручную, — вспоминает Глеб.

У предпринимателя до сих пор нет системы автоматического полива и резервного источника энергии — промышленного генератора. Проблема, говорит, исключительно в нехватке средств: например, новый нужный генератор стоит минимум $ 100 тысяч. А зависеть от городских электросетей, конечно, рискованно.

Вообще в этом бизнесе можно автоматизировать все — были бы свободные деньги. На канадских и американских фермах уже применяют даже роботов для сбора.

— Все упирается в финансы. Если бы банки, как раньше, кредитовали под 5% в белорусских рублях, а не под 11 или 17%, как предлагают нам сейчас, — мы бы постоянно развивались. Например, на существующих площадях мы можем оборудовать еще две камеры — но пока нет свободных средств на инвестиции в развитие. Просчитали, что максимальный процент, под который мы смогли бы кредитоваться — это 9%, но сейчас таких кредитов для бизнеса в Беларуси нет.

Читайте также