Войти
  • 1,95 USD 1,9457 +0,0052
  • 2,31 EUR 2,314 -0,0155
  • 3,34 100 RUB 3,344 +0,0051
Личный опыт
Ольга Томашевская 23 августа 2017 1

Эта девушка продала свою одежду, чтобы открыть кофейню. История Stories

Анна Дудкина. Фото: Лана Красикова
Анна Дудкина. Фото: Лана Красикова

Анна Дудкина еще в детстве погрузилась в семейный бизнес: помогала родителям, которые занимались продажей текстиля. Свой первый самостоятельный проект она связала уже со знакомой ей сферой: открыла магазин штор. Но быстро поняла, что это не совсем то, чем ей действительно хотелось бы заниматься. Найти дело по душе помог случай — шуточное предложение стать пекарем она приняла с легкостью. Именно работая в булочной, девушка влюбилась в выпечку, кофе, атмосферу подобных заведений — и решила открыть собственную кофейню. Проект оказался успешным. Историю создания минской кофейни Stories ее совладелица Анна Дудкина рассказала «Про бизнес.».

В бизнесе — со школы

Кафе Stories — не первый мой опыт. Мое знакомство с бизнесом произошло еще во время учебы в школе, когда я выполняла разные поручения для бизнеса моих родителей. Они занимаются текстилем для дома, пошивом штор в среднем ценовом сегменте. Шьют в Могилеве, ткани закупают в Китае, продают в России. Сейчас сложные времена, но в моей юности бизнес был достаточно крупным. И вот в этой всей системе я пробовала себя на разных этапах.

Мои родители свою компанию строили сами. Они давали нам возможность поучиться и попробовать себя на разных ступеньках бизнеса, начиная с самых низких: только пройдя весь этот путь самостоятельно, человек готов к тому, чтобы руководить. Больше всего мне нравилась закупка тканей, переговоры в Китае. В первую командировку меня отец взял, наверное, на первом курсе.

Сначала я просто наблюдала, а после второй-третьей командировки он сказал: «Я сам не полечу, у нее хороший английский, зачем-то она ходила в школу. Пусть занимается».

Хотя, конечно, одного знания языка недостаточно. Нужно уметь торговаться, нужно знать продукт. Сложно было. Но мне помогали всегда, я ведь с командой летала. Потихоньку выбивали интересные сроки под поставки, формировали контейнеры.

Я видела, как эти ткани создаются, в каких условиях. Там я, наверное, впервые оценила ресурс маленького человека, который создает на выходе большой продукт. В Китае люди встают в семь утра, и у них нет обеденного перерыва — они просто полчаса в середине дня спят прямо на столах. Складывалось чувство, что нам до такой работоспособности очень-очень далеко. У них бесконечный запас энергии и человеческого ресурса. И гостеприимство уникальное, формат переговоров удивительно дружелюбный: он оставляет огромное впечатление о том, как нужно своих гостей и клиентов встречать. Эта культура отлична от европейской, ее нельзя линейно переложить на нашу систему. Но можно взять и выбрать то, что будет работать в общечеловеческих ценностях.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Свой «не свой» бизнес

Мне было интересно продолжать развивать бизнес отца, но при этом хотелось быть ближе к людям. И я открыла розничный магазин штор в Минске. Он существовал полтора года. Это была моя первая команда. И первый довольно сложный опыт: ценовой сегмент средний плюс, ткани… В магазине должны были работать женщины старше меня, сложно было нанять сотрудников, которые будут субординацию выдерживать. Хотелось видеть красивых, ухоженных, хрупких женщин за прилавком, а за кадром оставались огромные рулоны тканей, огромные машины штор, завязанных в тюки. Нужно было распаковывать их, перемерять. Это очень тяжелый физический труд.

Мне в принципе понятна была логика, что человек меняет шторы не очень часто. И что вряд ли я буду видеть этого человека еще раз. Но у нас были постоянные покупатели штор. Приводили потом своих друзей, покупали родственникам. Они возвращались.

Довольно быстро я поняла, что этот бизнес — не совсем мое. Я могла выбирать людей, место — все, кроме продукта. Неужели только потому, что семья шьет шторы, я должна всю жизнь продавать шторы?

К тому же случился кризис. Все, кто арендовал помещения в то время, пытались снижать цены, но у многих они были зафиксированы в договорах на два-три года. А таких цен на продукцию уже нет, таких зарплат уже нет у людей. Хозяин помещения никоим образом не хотел от этой цифры двигаться. Долго с ним вели переговоры. Но снижать аренду он не стал. В какой-то момент все навалилось одно на одно: проблемы в коллективе, недовольство арендной стоимостью — было принято решение закрыть проект.

Было очень сложно. Намного сложнее, чем открывать. Были слезы, личная трагедия и непонимание, почему так. Но нужно было двигаться дальше.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Спустилась в булочную — и осталась

Потом начались поиски. Я всегда путешествую, когда ищу себя. Мне нужно выключить картинку Минска вокруг себя, понаблюдать за Европой, за теми городами и местами, где комфортно, где хочется на кого-то равняться. Из одного такого путешествия я вернулась — и новая работа нашла меня сама. Я просто спустилась выпить чашку кофе в маленькую булочную в своем же доме, где я часто бывала как гость. Там уходила девочка-пекарь в отпуск, и хозяин заведения предложил мне поработать за нее. Я сначала подумала, что это шутка. Хотя, как выяснилось, это и было сказано действительно в шутку. Они, оказывается, поспорили, на сколько меня хватит: на две недели или на месяц. Но я согласилась. Печь хлеб в то время я не умела, поэтому обучалась прямо по ходу дела: что-то мне показывал там хозяин, что-то девочки, которые там работали.

Моему окружению было сложно поверить, что я могу в каком-то ритме просыпаться каждый день, делать одно и то же для кого-то. А я могу. Что здесь такого? Выпечка, тепло, кофе, домашний уют — все это привлекало меня.

С офисной работой у меня бы так не получилось.

Когда я работала одна, мне временами казалось, что это все мое. Я как-то начала растворяться в этом, проживать каждый день с гостями, учиться пекарскому мастерству. И кофе. Я стала интересоваться кофе, читать про белорусских обжарщиков, пробовать — и в конечном счете закончила курсы бариста. Я проработала в булочной около полутора лет. После чего решила создать свой проект — им стала кофейня Stories.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

История про Stories

Сейчас мне кажется, что все, что было до Stories — было для того, чтобы получился именно этот проект. И первые опыты, и наблюдения, и люди.

Была долгая зима. Я вернулась из затяжного отпуска в Таиланде, где пыталась построить романтические отношения с молодым человеком. Но это оказалось не мое. Для него неоседлый образ жизни и удаленной работы приемлем. А для меня все, что я делаю, так или иначе к месту привязано, к моему кругу общения, к атмосфере. Многие думают, что стоит уехать из страны — и все получится. Я пробовала уезжать — и считаю, что это не так. Везде можно быть на своем месте и делать что-то свое. Нужно просто любить это место и стараться делать его лучше.

Надо было двигаться дальше. Мне очень хотелось сделать проект в «булочно-кофейном» направлении.

Я решила совместить хорошую свежую выпечку с хорошим качественным кофе. Перенести в центр города формат уютной, нежной, гостеприимной булочной у дома. Научить людей незнакомых общаться как друзей, как соседей: здороваться друг с другом, делить эмоции, впечатления, личные моменты. Просто продавать хороший кофе — никому не интересно уже: многие продают. Надо продавать атмосферу, надо продавать часть своей души. Так появилась кофейня Stories.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Первый уровень — это поиск помещения. Я понимала, чего я хочу, но найти это было не так легко. Я искала любимый центр, стены уютные, небольшое по площади помещение. Место нашлось случайно, хотя вряд ли можно назвать случайностью ежедневный мониторинг объявлений. Когда я впервые сюда пришла, отсюда как раз съезжал интерьерный магазин штор — и мне не передать весь спектр чувств, которые я испытала. Я решила, что это судьба.

С первого дня все предметы интерьера стали как-то сами появляться здесь. Зеркало осталось от бывшего арендатора, кафельную плитку дали мои друзья. Ее не хватило на всю стену, но мы расположили ее так, что от нее стало очень многое отталкиваться в интерьере. Самое интересное — это столы. У них ножки — черенки от лопат, мы сами делали их, вручную.

С первого дня у нас появилась фишка — книга для записи историй наших клиентов. Было страшно ее класть, как будто что-то навязываешь: «Мы назвали место „Истории“, и мы хотим, чтобы вы писали». Казалось, что это воспримут как что-то странное.

Но людям нравится, они сами подходят к книжке, пишут свои мысли, чувства. И я рада, что они делятся в бумажном формате тем, чем давно принято делиться в социальных сетях. И кстати, по сервису, по нашей работе здесь тоже можно найти много советов. Это не просто книжка чувств — ты сразу видишь, что ты сделал сегодня не так. Приятно видеть, что в большинство этих историй позитивные.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Продать платья, чтобы открыть дело

Самым сложным было найти деньги на проект. Открытие кофейни обошлось примерно в 15 тысяч долларов. Это заключение договора аренды и оплата первого месяца, ремонт помещения, приобретение оборудования: кофе-машины, мест для хранения продуктов, интерьерной части и так далее. Конечно, в зависимости от ремонта и интерьера стоимость открытия может быть разная: можно потратить и 100 тысяч долларов, а можно что-то сделать своими руками. Также в затраты на открытие входило приобретение первичного запаса продуктов — а здесь иногда можно договориться по отсрочкам.

Я понимала, что финансово я этот проект не вытяну. Когда есть неограниченный бюджет, ты можешь долго плавать в мыслях. А здесь нашлось помещение — надо было быстро решаться, платить аренду. Я нашла партнера, у нас с ним долевые отношения: 50 на 50. Мне помогли друзья и родители, но этого все равно было недостаточно. И за первый месяц ремонта в Stories мы с подружкой полшкафа на Куфаре продали…

Ну, а что? Вещи лежат, я их не ношу. А так: здесь пятьдесят долларов, там пятьдесят долларов… Я была готова весь шкаф продать до последнего платья.

Первые месяцы приходилось во многих привычках себе отказывать, где-то не сходить в кафе, сварить дома гречки. Сократив все расходы, можно найти очень много того, что на дороге не валяется. Все, что было, тратилось на проект. Вначале было страшно, что деньги придется вносить до бесконечности, а лично моя бесконечность — очень близко. Казалось, что если не сработает — то все. Но все сработало.

С открытия Stories личных денег мы с партнером больше не вносили, все работает, окупает не только текущие расходы, но и первоначальные затраты. Мы рассчитываем, что полностью вложения окупятся в течение полутора лет.

Я думаю, это получилось благодаря атмосфере, которую мы создали. И еще кофе. Я выбирала его очень долго. И пробовала, и изучала, и варила сама, и мыслила не только категориями «нравится-не нравится». Нужно было подобрать тот кофе, который будет не только вкусным, но и будет конкурентоспособным именно в этом районе города.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Это сложно, но я все время пыталась понять: какой возрастной и социально-культурный сегмент будет пить у нас кофе. Чем занимается твой гость, во что он одет, сколько ему лет. И почему он сюда придет. Я социолог по образованию, меня учили этому пять лет. Но фактического опроса на бумаге я не делала, жизненные наблюдения мне здесь больше помогли. Я просто выходила на улицу и смотрела, какие машины паркуются, какие люди ходят, и пыталась угадать, куда и зачем они бегут. Останавливаются ли они, смотрят ли по сторонам.

Мы открыли кофейню напротив другой кофейни. Многие спрашивали, не боюсь ли я конкуренции. Нет, у меня же другая кофейня. В худшем случае мы просто разделим трафик, в лучшем — мы его разделим и добавим свой. Вторыми приходить не так страшно, как первыми. Ты приходишь на место, где уже что-то есть, и твоя задача просто сделать лучше. Не для того, чтобы им стало хуже, а сделать так, как я считаю лучше. Для кого-то вкуснее мой кофе, для кого-то кофе соседей.

Я все еще мою посуду сама

Найти команду — это сложно. Люди попадают к нам по-разному. Например, с нашим бариста Женей мы познакомились на курсах бариста. До этого он работал лесорубом и электромонтажником в железнодорожном депо, больше чем по два года в каждой профессии. Но он не просто варит кофе, он очень душевно общается с гостями — это у него внутреннее. Мужская составляющая у нас более постоянная. А среди девочек текучка кадров, конечно, есть. В основном приходят студентки, подработать на лето. Для меня это серьезная проблема. Когда ты понимаешь, что человек приходит на три месяца, очень грустно вкладывать в него. Та команда, которая работает здесь постоянно, держится на личном отношении.

Фото: Лана Красикова
Фото: Лана Красикова

Управлять людьми мне по-прежнему не очень просто. Сложно научиться говорить «нет», сложно делать выбор в пользу одного или другого сотрудника. Где-то приходится быть жестким, нельзя по-другому. Иначе зайдешь в моечную, а там немытая посуда стоит целый день. Надо, чтобы любили, но и чуть-чуть боялись.

Получается не всегда. Пока я еще часто мою посуду сама. Я открывала заведение, жизнеспособность которого могу полностью обеспечить самостоятельно.

Я могу проснуться утром, приехать очень рано, стоять и варить кофе, продавать круассаны, которые я испекла, я могу делать сэндвичи.

Если глобально здесь все пойдет не так, и нечем будет платить людям, я не закрою дверь, буду работать одна. Чуть медленней получится, но, думаю, меня простят.

Но я все же надеюсь, что до этого не дойдет. Мне бы хотелось, чтобы этот проект рос и со временем стал сетью кофеен, правда, не совсем обычной: хочется, чтобы в каждой из кофеен была бы своя запоминающаяся атмосфера.

Подпишитесь и читайте нас в Facebook!

Подписывайтесь на наш канал в Telegram!
telegram.me/probusiness_io

Комментарии

Войдите, чтобы оставить комментарий

Sviatlana Babiy24.08.2017

С удовольствием прочитала историю героини, вызывает только симпатию

Платный контент

20170626