Top.Mail.Ru
Войти
Право
«Про бизнес» 8 июня 2018

Белорусские банки получили право прощать долги. А это работает?

Фото с сайта alanphoto.livejournal.com
Фото с сайта alanphoto.livejournal.com

В конце мая 2018 был подписан президентский Указ № 200 «О реструктуризации задолженности и прекращении обязательств». Положения документа позволяют банкам прощать кредитополучателю долги, появляются возможности для их реструктуризации. Документ уже обсуждают в бизнес-сообществе: тема сложная. Прокомментировать нововведения и их особенности мы попросили экспертов компании юридической компании VERDICT. Вот их выводы

— Необходимость в нормативном акте назрела еще несколько лет назад, когда банки столкнулись с большим количеством так называемых «плохих долгов».

Валентин Галич
Партнер VERDICT
Анна Рубинштейн, юрист VERDICT
Анна Рубинштейн
Юрист VERDICT

Разбирая новый указ, можно отметить: у банков появилось больше возможностей, пусть и с убытком, избавляться от проблемной задолженности. При этом остался ряд вопросов по взаимодействию между банками и должниками, которые еще предстоит уточнять.

Рассмотрим пункты указа подробнее.  

Реструктуризация задолженности

Основное положение документа — возможность для государственных и частных банков обменять дебиторскую задолженность по кредитному договору на акции или доли в уставном фонде компании-должника (реструктурировать задолженность). На это не надо получать разрешения Нацбанка.

Возможность реструктуризации задолженности по кредитным договорам появилась еще в 2004, с появлением Указа № 88 и Положения о реструктуризации задолженности хозяйственных обществ по платежам в республиканский и местные бюджеты и по кредитам, выданным государственными банками.

Указом № 200 изложена новая редакция Положения. Мы сравнили документы:

Конечно, при вхождении банка в состав участников хозяйственного общества необходимо учитывать и другие, более мелкие формальности.

Участие банка в хозобществах и субсидиарная ответственность. Вопрос о том, целесообразно ли проводить реструктуризацию, тесно связан с потенциальным риском для банка быть привлеченным к субсидиарной ответственности. Приобретение долей в компании, которая не в состоянии погасить свои обязательство, в т.ч. по кредитному договору, сопряжено с тем, что в итоге должник может уйти в банкротство. С вытекающими последствиями: наступлением субсидиарной ответственности. Однако если раньше практика привлечения к ней собственников была практически «поголовной», то со вступлением в силу Декрета № 7 «О развитии предпринимательства» ситуация изменилась.

Сейчас собственник может быть привлечен к субсидиарной ответственности только при условии, что установлена его умышленная вина в экономической несостоятельности (банкротстве).

⇒ Читайте также: Отменил, да не отменил. Пункты о «субсидиарке» в Декрете № 7 можно толковать двояко: мнение юриста

Полагаем, что именно эти, изменившиеся подходы, будут играть не меньшую роль в возможности приобретения акций (долей) банком, чем нормы Указа № 200.

Сделки должника в преддверии банкротства. Закон о банкротстве говорит: сделки должника, в том числе совершенные до момента открытия хозяйственным судом конкурсного производства по иску управляющего, признаются недействительными — если они были совершены в течение 6 месяцев до начала производства по делу об экономической несостоятельности или после возбуждения производства (при условиях: эти сделки повлекли предпочтительное удовлетворение имущественных требований одних кредиторов перед другими, требования возникли до совершения этих сделок).

Таким образом, в случае «неудачной» реструктуризации и последующего банкротства получателя кредита, сделки в рамках реструктуризации, при которых происходит удовлетворение требований банка, могут быть подвергнуты ревизии и признаны недействительными.

Банковский бизнес и другие отрасли. Пока остается открытым вопрос, каким образом участие банка в хозяйственной деятельности организации может:

  • Принести выгоду самому банку
  • Поспособствовать выходу организации из трудного экономического положения

Деятельность организации будет для банка очевидно непрофильной, а разработать стратегию ведения бизнеса можно только учитывая нюансы отрасли. Особенно, когда речь идет о бизнесе, функционирующем ненадлежащим образом.

Проблема усугубляется практически полным отсутствием фондового рынка, зачаточным состоянием в Беларуси рынка M&A. Практически нет инвестиционных банков, институциональных инвесторов, почти невозможно получить кредит для сделки M&A под залог долей/акций и т.п.

Стоит также учитывать, что во всем мире практикуются ограничения банков на участие в компаниях — в областях, которые не связаны с финансовой сферой. Например, для участия в дочерних или «внучатых» организациях на территории Беларуси, кредитные организации России должны будут получить разрешение Банка России.

Фото с сайта artlebedev.ru
Фото с сайта artlebedev.ru

Указ № 200 также проводит черту между банковской деятельностью и иными видами предпринимательской деятельности. В нем прописано, что банк обязан осуществить отчуждение долей (акций) в течение пяти лет. С учетом описанных выше моментов банку будет тяжело принимать решения о вхождении в состав участников хозяйственного общества: перспективы продажи долей или акций в будущем туманны.

Возможна также ситуация, когда кредитополучатель становится инсайдером. И с инсайдерами ситуация также складывается неоднозначная. Банковский кодекс устанавливает нормативы, которые регулируют размер максимального риска на одного должника. Также он устанавливает нормативы суммарной величины рисков (максимальный размер риска — это процентное соотношение требований банка к должнику и нормативного капитала банка). Эти нормативы градируются в зависимости от того, кто является кредитополучателем. Для инсайдеров, а также для взаимосвязанных с ними лиц максимальный размер риска не может превышать 15% от нормативного капитала банка. Норматив суммарной величины рисков в этом случае составляет не более 50%.

Может возникнуть ситуация, когда при заключении договора кредитополучатель не будет относиться к категории инсайдеров. Затем он приобретет этот статус, но при этом размер задолженности (с учетом изменившегося статуса) не будет охватываться изменившимися требованиями к нормативам. То есть, можно говорить о появлении двух позиций:

1. Задолженность кредитополучателя не будет являться инсайдерской, так как на момент заключения кредитного договора организация не могла повлиять на условия кредитования.

2. Задолженность кредитополучателя на будущее время становится инсайдерской, так как организация в дальнейшем может повлиять на условия кредитования (например, посредством понуждения к заключению дополнительных соглашений).

Полагаем, что при принятии решения о частичной реструктуризации долга организации, банку следует учитывать:

  • Вероятность приобретения по отношению к банку статуса инсайдера
  • Совокупный размер задолженности перед банком, чтобы в результате были соблюдены установленные законодательством нормативы

Банковские холдинги. Если банк, который входит в состав участников хозяйственного общества, входит в банковский холдинг, он должен предоставлять отчетность для головной компании холдинга. В отчет входит информация:

  • Об участии банков из холдинга в уставных фондах других организаций
  • Информация о рисках по инсайдерам и взаимосвязанным с ними лицам
  • Сведения о концентрации риска (по отдельным должникам и суммарно)

Прощение долга

Банки получили право простить долг кредитополучателям полностью — т.е. они могут освобождать компании от погашения задолженностей по кредитным договорам (прощение долга) без ограничений по размеру обязательства.

Фото с сайта privezem54.ru
Фото с сайта privezem54.ru

При этом частичное прощение долга определено одним из способов реструктуризации задолженности. Необходимо учитывать, что если должником-кредитополучателем является организация, доли в которой принадлежат государству (ограничений по размеру нет), то решения банка недостаточно. Требуется также решение управомочного государственного органа. В то же время эти особенности не относятся к полному прощению долга. Однако и в этом случае могут возникнуть вопросы, например, со стороны налоговой инспекции. Для минимизации рисков необходимо иметь убедительное экономическое обоснование принятого решения о прощении долга.

Возникает и вопрос относительно того, насколько на практике будет возможно использовать институт прощения долга государственными банками. Полагаем, что такие операции будут находиться под пристальным контролем со стороны контролирующих органов. Наиболее вероятно, что в такой ситуации указанный институт будет в основном применяться:

  • Если задолженность меньше, чем средства, которые понадобятся на ее взыскание
  • При прощении долга госпредприятиям
  • При прощении долга организациям-банкротам, которые еще не исключены из ЕГР, или организациям, в отношении которых принято решение о ликвидации, но они еще не ликвидированы

Уступка требования с дисконтом

У банков появилось право уступить требования по кредитному договору с дисконтом. При этом прямо указано, что к таким сделкам не применяется законодательство о факторинге. Почему важно обратить внимание на этот пункт? Практика сложилась так, что уступка требования с дисконтом в большинстве случаев признается в Беларуси факторингом. То есть сделкой, где в качестве покупателя долга (лицо, приобретающее право требования долга) должен выступать специальный субъект — банк или НКФО с соответствующей лицензией. Поэтому сделки — если они были совершены не с участием специальных субъектов — часто признавались ничтожными, как не соответствующие требованиям законодательства (неуправомоченный субъект).

При уступке с дисконтом, согласно новому Указу, остается и ряд нерешенных вопросов:

  • С учетом того, что такие обязательства носят кредитный характер, пока не ясно, насколько допускается получателю задолженности, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности, получать на систематической основе проценты выплат по долгу
  • Многие способы обеспечения могут применяться лишь банками (например, залог права аренды земельного участка)
  • Фактически невозможно уступать валютную задолженность в пользу обычного субъекта хозяйствования (расчеты в валюте с резидентами, которые не являются банками практически исключены)

Стоит также отметить, что фактически было упущено время для создания коллекторских агентств, которые бы приобретали проблемные долги банков. Сейчас на рынке сложно представить возникновение новичка-покупателя долга на значительную сумму — например, в несколько миллионов долларов. Да и скупкой множества мелких долгов, при отсутствии опыта и системы оценки заемщиков, заниматься в ближайшей перспективе на должном уровне будет некому.

Еще одним препятствием станет то, что продажа долга с отсрочкой платежа будет затруднена: для банка это будет фактически кредитной операцией в отношении покупателя долга. Это повлечет за собой соблюдение таких же формальностей, как и при выдаче кредита (оценка платежеспособности, структуры баланса, анализ бизнес-плана, в котором в качестве источников поступления будет взыскание проблемной задолженности).

Общие выводы

Текущая версия Указа № 200, несомненно, призвана улучшить ситуацию с проблемными долгами. Однако она предлагает достаточно простые решения. Эти решения часто могут работать лишь в экономиках, в которых уже существует необходимая инфраструктура: коллекторы, инвестбанки, фондовые рынки. 

Многие юридические сложности, которые были у работников, занимавшихся проблемными активами, так и не были разрешены должным образом. 

После того как указ будет реализован на практике, мы сделаем более полные выводы.

Новости компаний

Комментарии

Сейчас на главной

Платный контент