Top.Mail.Ru
Probusiness Youtube
  • 2,42 USD 2,4154 -0,0057
  • 2,8 EUR 2,8032 -0,0162
  • 3,47 100 RUB 3,4731 +0,024
ИП Светлана Головкина, «Про бизнес» 15 октября 2021

«Ипэшники уже давно не живут, а выживают». Посмотрели, как люди пытаются заработать в белорусской глубинке

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

Центральный рынок в белорусском райцентре Глуске, что в Могилевской области, работает только по средам. Местные — а здесь живет всего-то чуть более 7 тысяч человек — говорят, что чаще «ладзіць кірмаш» просто бессмысленно: денег сейчас у людей не густо, нет покупателя. Да и в центре городка есть торговые ряды плюс пара павильонов, где при желании можно купить сельхозпродукцию и бытовые мелочи. Если же нужны продукты питания, моющие средства, предметы личной гигиены, горожане идут в ближайший минимаркет. А по средам обязательно посещают рынок — ведь торговать в Глуск приезжают предприниматели из разных уголков Могилевской области. О том, как они сейчас живут, работают и зарабатывают, читайте в нашем материале.

Торговля в единственный базарный день идет неактивно. Местные и жители окрестных деревень, приехавшие на велосипедах, ходят между рядами, прицениваются, но покупают что-то редко.

— А что вы хотите? У людей поход на рынок — это одно из развлечений, — говорит предпринимательница из Осиповичей Анастасия. — Вроде как середина месяца, должны быть зарплаты, но у меня сегодня только одну ночную сорочку за 10 белорусских рублей ($ 4) купили.

На часах — около 11 утра. Анастасия приехала в Глуск примерно в 8. Говорит, что в полдень соберет товар в сумки и отправится домой — дальше мерзнуть на рынке нет смысла.

— Летом здесь еще была неплохая торговля, а сейчас мало что покупают. Вообще я заметила, что в сезон люди одежду теперь почти не меняют — зимнюю куртку надевают осенью, в ней и ходят чуть ли не до лета. Нет, похоже, на одежду денег — лишь бы на еду хватило.

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

В ассортименте палатки Анастасии, которая занимается торговлей более 10 лет, — женские халаты и верхняя одежда. Все это, говорит она, закупалось пару лет назад, еще до эпидемии коронавируса, когда были открыты границы. Сейчас женщина иногда привозит товары из Минска, но признается, что продать их еще сложнее — у соседей по палатке обычно все то же самое.

— Вот сейчас распродаю остатки прошлых лет — надо ведь за что-то жить. Мне немного проще: есть муж, живем вместе с мамой, у которой неплохая пенсия. А каково тем предпринимателям, которые, к примеру, одни поднимают детей, мне страшно даже подумать.

Торгует Анастасия в разных городах Могилевской области. По субботам — в родных Осиповичах, где, по ее словам, на рынке осталось всего 15−20 палаток. В Бобруйск товар не возит — говорит, там все места на рынке наперед выкуплены, да и магазинов хватает.

— Самый лучший рынок был в Кличеве — там всегда хорошо шла торговля. Но сейчас и там сложно что-то продать.

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Предприниматель Анастасия. Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

Предпринимательница признается, что в хороший день реализует одежды на 200−300 белорусских рублей ($ 80−120), но уже не помнит, когда такое было в последний раз. Между тем расходы, связанные с бизнесом, у нее достаточно высокие.

— Я торгую 15 дней в месяц, за что плачу 43 белорусских рубля ($ 17) налога. На топливо в среднем уходит 200−250 рублей ($ 80−100), место стоит примерно 10 рублей ($ 4) в день — это еще 100−150 белорусских рублей ($ 40−60) в месяц. То есть — нужно зарабатывать минимум 450 белорусских рублей ($ 180), чтобы только покрыть расходы. И это я еще не считаю траты на ремонт машины и отчисления в фонд соцзащиты: в месяц платеж в ФСЗН — 152 рубля ($ 60), взносы можно платить сразу за несколько месяцев, но суммарно в год нужно отдать более 2 тысяч белорусских рублей ($ 800).

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

В сентябре, говорит Анастасия, были и другие обязательные траты — пришлось регистрировать кассовый аппарат — они с 10 октября должны быть у всех торговцев непродовольственными товарами. Однако очередь на подключение систем контроля кассового оборудования (СКНО) в налоговых настолько большая, что Анастасия сможет воспользоваться аппаратом лишь после Нового года. К слову, в МНС перенесли сроки обязательного использования кассовых аппаратов для определенной группы предпринимателей на 1 февраля. Однако Анастасия, как и многие другие ИП, уже потратилась на то, чтобы внедрить это новшество.

— Кассовый аппарат у меня был, а так бы пришлось заплатить еще и за него до 200 белорусских рублей ($ 80). А подключение к СКНО оплатила — 138 рублей ($ 55). Считаю, что деньги отдаю государству зря: могла бы потратить на товар или на еду.

Зоя Пузенкова в малом бизнесе уже более 30 лет, сейчас работает продавцом у сына-предпринимателя. Семья живет в Бобруйске, но последние 12 лет ездит с товаром по районам Могилевской области.

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

— На старом рынке в Бобруйске столкнулись с тем, что не было свободных торговых мест — предприниматели выкупали сразу по два-три участка и ставили там павильоны. Поэтому решили торговать на выезде. Среда — глусский день.

За много лет, признается Зоя Александровна, в Глуске у нее появились постоянные покупатели, которым нравится ее товар — российская обувь.

— В хороший день зарабатываю 200−300 белорусских рублей ($ 80−120). Но сейчас у людей особо денег нет, хотя обувь у меня дешевая — от 35 до 55 рублей ($ 14−22).

Новый товар семья уже несколько лет не закупает из-за закрытых границ — распродает то, что осталось. Женщина шутит, что, мол, хорошо, что пока есть что продавать. Некоторым моделям уже 5−7 лет, но Зоя Александровна надеется, что и вышедшие из моды добротные ботинки однажды найдут своего покупателя. За утро среды женщина смогла продать всего одну пару обуви — говорит, что этого хватит на оплату торгового места (18 белорусских рублей, или $ 7) и топливо.

— Сегодня мы не живем, а выживаем. Такое ощущение, что предпринимателей выдавливают — нам тоже пришлось покупать кассовый аппарат и платить за СКНО. Мелкие предприниматели скоро просто останутся без работы. Мне 56 лет — до пенсии еще пару лет, трудоустроиться в другом месте вряд ли смогу. Если перестану торговать, то за что жить?

Предприниматель Ирина из Бобруйска считает, что сейчас в торговле настали худшие времена за последние 30 лет. Хотя у нее товар вполне ходовой — женские куртки, свитера, кофты, юбки. Но вся одежда — из прошлых запасов, потому что закупать что-то новое без посредников сейчас негде.

— Да и это хоть бы распродать, покупательская способность у людей сейчас на нуле.

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

Женщина говорит, что в месяц все же наторговывает где-то на тысячу белорусских рублей ($ 400). Минус налоги, плата за место на рынке и расходы на бензин — остается примерно половина.

— Так что предприниматели давно уже не живут, а выживают.

Немного легче тем, кто держит личное подсобное хозяйство, продукция которого не облагается никакими налогами: вырастил, продал — все твое. Однако Татьяна, торгующая на глусском рынке саженцами плодовых деревьев, говорит, что и без налогов им непросто: выращивание яблонь, груш, слив тоже требует финансовых затрат, есть сложности и с реализацией.

— Питомник у нас в деревне Дуброва под Бобруйском, сейчас как раз самый разгар сезона, поэтому ложимся спать в час ночи, а подъем в 4−5 утра, без праздников и выходных. Отдохнуть сможем ближе к зиме.

Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io
Фото: Валентин Кондратьев, probusiness.io

На глусском рынке Татьяна успела продать пару саженцев и заработала несколько десятков белорусских рублей (около $ 20). Лучше всего, по словам женщины, торговать на специализированных сельскохозяйственных ярмарках — если повезет, то в день можно заработать 500−600 белорусских рублей ($ 200−240).

13 октября на рынке в Глуске было около 100 предпринимателей: «виноваты» погода, непростая эпидемиологическая ситуация и то, «что нет денег у людей», говорит представитель администрации рынка, контролер Раиса Желудкович.

— И тех скоро не будет: и по ипэшникам серьезные изменения грядут, и еще опять какие-то новшества вводятся — новые требования в сертификации продукции, — женщина показывает стопку документов, касающихся обязательной маркировки обуви с 1 ноября.

Раиса Ивановна, сама жительница Глуска, признается, что рынок, хоть и работает раз в неделю, очень нужен городу:

— Для нашего маленького райцентра это настоящая отдушина, предприниматели нам очень нужны. Хотя бы потому, что товары у них намного дешевле, чем в магазинах: вон женские панталоны в магазине стоят 10 белорусских рублей ($ 4), на рынке — 5 ($ 2). Да и обувь за 30 белорусских рублей ($ 12) вы в магазине не купите. Маленькие городки без рынка и ипэшников не выживут, это вам не столица.

От редакции

О том, что торговля на вещевых рынках — и не только в регионах, но и в Минске — в последние годы затухает, «Про бизнес» уже писал.

Что в этой ситуации делать индивидуальным предпринимателям? Можно оставаться в старой бизнес-модели и надеяться, что покупатели и деньги когда-то вернутся и рынок оживет. Но объективно — это вряд ли уже произойдет. Торговля все больше уходит в онлайн, в интернет-магазины и на крупные маркетплейсы. Развиваются и сервисы доставки, которые позволяют отправить товар покупателю в любую точку.

В этой ситуации можно оставаться во вчерашнем дне, а можно эволюционировать: осваивать новые технологии продаж и взаимодействия с покупателями. Рекомендуем наши материалы о том, как малому бизнесу работать с маркетплейсами: например, можно почитать, как зарабатывать на крупных торговых площадках, а также ознакомиться с обзором 13 площадок, о сотрудничестве с которыми стоит подумать. Надеемся, для кого-то эти тексты будут полезны.

Читайте также