Top.Mail.Ru
Probusiness Youtube
  • 2,54 USD 2,5448 +0,001
  • 2,87 EUR 2,8702 -0,0093
  • 3,45 100 RUB 3,4543 +0,0152
Личный опыт Светлана Головкина, «Про бизнес» 1 ноября 2021

Как белоруска построила бизнес на уникальных платьях, в которых блистали на конкурсах красоты, выгорела, все бросила — но, похоже, возвращается

Фото из архива героини
Алена Канойко. Фото из архива героини

В 2006 году бобруйчанка Алена Канойко создала свое первое платье-оберег из натурального льна с ручной росписью. Тогда девушка не предполагала, что всего через пару лет увлекательное хобби станет для нее основным источником дохода, а бренд «Зареслава» будет известен далеко за пределами Беларуси. Пройдя путь от отшивки дебютной коллекции до выхода на дорогостоящие индивидуальные заказы, Алена признается: многих ошибок, которые привели к профессиональному выгоранию, можно было бы избежать.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Алена уже несколько лет живет в Москве и работает экспертом в сфере телешопинга — это розничная торговля с помощью средств телекоммуникации, заказ товара по образцам по телефону с доставкой на дом. Говорит, полная загрузка на телевидении с ежедневными прямыми эфирами помогла ей преодолеть внутреннее нежелание создавать новые модели для «Зареславы».

— Морально я уже готова снова вернуться к своим платьям, очень скучаю по росписи. Похоже, пришло время возрождать «Зареславу». Но сперва я хочу закрыть гештальт — представить коллекцию «Огнецвет» в Лондоне и Кембридже, чтобы поставить красивую точку в истории ее создания, — говорит Алена.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

«Задачи строить бренд не было»

В начале 2000-х выпускница Белорусского государственного университета культуры и искусств Алена Канойко, за плечами которой был опыт в моделинге, а в столе пылился сертификат мастера росписи по ткани, трудоустроилась педагогом дополнительного образования в бобруйский Центр творчества детей и молодежи. Тема работы с детьми в тот момент Алене была очень близка — дома подрастали трое малышей. Многодетная мама открыла на базе центра студию славянской моды «Отрада».

— Первую коллекцию мы делали для шоу-программы с дефиле, и я решила создать костюмы, используя роспись по ткани — тогда это казалось самым простым решением.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Алена не подсчитывала, сколько потратила на ткани и краски, подбирая оптимальные для работы материалы. В итоге остановилась на льне, разработав свою технику нанесения и фиксации рисунка.

— Первая коллекция — всего пять платьев: белый лен и растительный орнамент пастельных тонов, в который я вплела некоторые славянские обережные символы. Тогда же родилось название — «Зареслава».

Несколько лет участники студии ездили по различным фестивалям со своей шоу-программой, их стали узнавать — во многом благодаря запоминающимся костюмам. Появились первые заказы на изготовление дубликатов таких нарядов.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

— Помню, в Питере на каком-то фестивале ко мне подошла девушка и попросила сшить платье — такое же, как в коллекции. Я очень удивилась: думала, ну кому они нужны.

За первый заказ Алена получила 6 тысяч российских рублей ($ 100). На изготовление платья ушло несколько месяцев — пошив и роспись выполнялись вручную.

Второй заказ, вспоминает Алена, «прилетел» из Финляндии — сработало сарафанное радио.

— Обратилась девушка, которой нужен был наряд на свадьбу. Делала я его из атласа, с росписью и стразами.

За работу мне заплатили 300 евро — безумные по тем временам деньги. Для сравнения: моя зарплата на тот момент составляла около $ 100.

Алена признается, что очень волновалась и переживала, ведь шить платье приходилось без личных примерок, только по меркам, которые прислала заказчица. Тогда, по ее словам, родилась идея использовать корсет на шнуровке, который позволял свадебным и концертным нарядам идеально сесть на фигуру.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

«История со славянской символикой оказалась востребованной»

Сейчас, признается Алена, идеи со стилизацией славянской символики выглядят несколько наивными и смешными. Но 15 лет назад платья-обереги вызвали настоящий ажиотаж.

— Сегодня с опытом работы в телешопинге, где нужно продавать различные товары, я бы по-другому продвигала бренд. Но тогда использовала то, что было на поверхности и во что я сама верила — как культуролог по образованию. История со славянской символикой оказалась востребованной, — вспоминает Алена.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Были у мастерицы и свои «фишки», которые пришлись по душе клиентам. Например, для работы над платьями Алене нужна была особая атмосфера, которая создавалась с помощью музыки. Потом диск, под который расписывался наряд, вкладывался в коробку с платьем и отправлялся заказчику. Там же было сопроводительное письмо с историей и значением символов-оберегов, использованных в орнаменте.

— А еще у меня практически нет фотографий платьев на заказ, потому что в процессе изготовления я не позволяла их никому мерить. Первой, кто надевал наряд, была его хозяйка.

«Примерно половина заработанного уходила на покрытие затрат»

С самого начала Алена работала дома, часто — по ночам. Зарегистрировалась в налоговой как ремесленница и платила небольшой ежемесячный налог — одну базовую величину (тогда это было 35 тыс. белорусских рублей, или около $ 17).

Стоимость платьев была различной. Простые модели для повседневного использования Алена изготавливала за $ 50, на это уходило 2−3 дня. Сложные свадебные и концертные наряды могли создаваться до полугода и стоили не менее $ 700−1000.

За самый дорогой заказ — свадебный комплект для жениха и невесты из Турции — ей заплатили $ 2000.

Еще больше бизнеса — в нашем Telegram-канале. Подпишись!

Алена признается, что не вела скрупулезный учет доходов и расходов, да и стоимость ручного труда посчитать нелегко, но, по ее прикидкам, рентабельность бизнеса была около 50%, на самых крутых заказах доходила до 70%. Расходники были непростыми и недешевыми: использовать приходилось не только натуральный лен, но и дорогие немецкие краски, глиттеры, а некоторые модели расшивались стразами Сваровски — на одно платье могло уйти до 2000 камней.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Позже, когда заказов стало слишком много, пришлось нанимать нескольких швей.

— Но все платья я продолжала расписывать сама, вручную — никому это не доверяла. В то время я не считала свой труд чем-то ценным и искренне радовалась, что мое увлечение нравится еще кому-то.

Вообще, очень долго мне было стыдно брать за свою работу деньги.

Примерно лет через пять после создания первого платья доходы с заказов стали основным источником пополнения семейного бюджета, а Алена смогла самостоятельно оплатить первую серьезную покупку — автомобиль Citroën обошелся ей в $ 10 тысяч.

За 15 лет Алена изготовила и расписала вручную около 3000 платьев, которые купили жители 34 стран мира, включая Кубу, Италию, США, Тунис, Канаду.

— Мне трудно сказать, сколько я заработала на изготовлении платьев — думаю, что довольно много. Никогда эти деньги не считала, они реинвестировались в производство и тратились на жизнь.

«В какой-то момент работа над платьями перестала приносить удовольствие»

Бренд «Зареслава» развивался в двух направлениях. Первое было коммерческим и приносило деньги, второе их отбирало — студия «Отрада» постоянно участвовала в различных конкурсах и фестивалях, поездки за границу требовали серьезных капиталовложений. Это были имиджевые мероприятия, благодаря которым о «Зареславе» узнали во всем мире.

Наибольшую популярность бренду принесла коллекция платьев «Огнецвет» в бело-красных тонах. На одном из показов Алена познакомилась с «Мисс Беларусь-98» Светланой Кузнецовой, благодаря которой в платьях «Зареслава» на подиумы до сих пор выходят участницы престижных международных конкурсов красоты.

— Я как-то считала, что мои платья участвовали примерно в 25 подобных мероприятиях мирового масштаба: Mrs. Europe, Miss&Mrs. Top Of The World, Mrs. Universe, Mrs. Globe, «Миссис Россия» — самые громкие из них. Конечно, заказов такая популярность добавила. Был один год, когда я буквально сутками напролет рисовала.

Но вдруг Алена поняла, что работа над платьями перестала приносить удовольствие. Конечно, полное профессиональное выгорание произошло не сразу. Вначале, когда было совсем невмоготу, она просто отказывалась от новых заказов. Потом подняла расценки примерно на 30% в надежде отпугнуть клиентов.

—  Ненадолго это помогло: я поняла, что можно работать меньше, а зарабатывать больше и, соответственно, больше времени проводить с семьей. Идей по-прежнему было очень много, но в какой-то момент сил и желания их реализовывать уже не осталось.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Окончательно сломило Алену то, что ей пришлось отказаться от участия в международном фестивале Ethno Art Fest-2016 под эгидой ЮНЕСКО, где коллекция «Огнецвет» должна была представлять Беларусь.

— Я мечтала об этой поездке в Великобританию, показы должны были проходить в Лондоне и Кембридже. Но сумма взноса на то время оказалась внушительной — 100 тысяч российских рублей (около $ 1800). На фоне постоянных гастролей студии и сопутствующих расходов — а мы могли выезжать за границу до 15 раз в год — она показалась мне неподъемной.

Минкультуры и Бобруйский горисполком, вспоминает Алена, не смогли финансировать участие коллекции в фестивале.

— Тогда я решила, что со своими платьями здесь никому не нужна, уволилась из центра творчества — и уехала в Москву работать на телевидении.

Сегодня Алена считает, что в «первую волну» бизнеса расти и получать от этого удовольствие ей помешали вот эти моменты:

  • Работа в одиночку, желание все делать самой и вручную. Неумение делегировать полномочия
  • Отсутствие четкого бизнес-плана
  • Отношение к бизнесу как к хобби
  • Отсутствие четкой стратегии продвижения бренда.

«Зареслава»: все только начинается?

Спустя 5 лет Алена уже по-другому видит бизнес на льняной одежде и признается, что стоимость ее новых платьев будет гораздо выше. Плюс добавятся аксессуары — корсеты, сапоги, пояса, сумки, — которые были представлены в коллекции «Огнецвет», но на заказ не изготавливались.

— Уже поступало предложение открыть фирменный магазин «Зареслава» в Москве. Выпуск товаров под этой маркой можно поставить на поток, а для себя оставить индивидуальные заказы. И, конечно, есть идея после пандемии и локдауна побывать с коллекцией «Огнецвет» в Великобритании — нас там до сих пор ждут, а сумма в $ 1800 уже не кажется такой пугающей.

Фото из архива героини
Фото из архива героини

Примерный бизнес-план Алена уже набросала. Говорит, что только на закупку материалов для новой коллекции уйдет не менее $ 2−3 тысяч. Есть и идеи по поводу новых коллекций. Но пока на их реализацию не хватает времени — всему виной сумасшедший ритм жизни и работы в Москве. Поэтому конкретных сроков по ребрендингу «Зареславы» Алена себе не ставит — но обязательно вернется к своим уникальным платьям.

Читайте также