Top.Mail.Ru
Войти
  • 2,59 USD 2,5881 -0,0024
  • 3,12 EUR 3,1249 +0,0249
  • 3,42 100 RUB 3,4247 +0,0261
Экономика
«Про бизнес» 28 октября 2020

Пустые банки, «невидимые» кредиты и «мертвые» госпредприятия: экономический прогноз Вадима Иосуба

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

С августовских событий прошло уже более двух месяцев, и пока экономическая ситуация в Беларуси практически не изменилась. При этом набирает силу вторая волна пандемии, которая может вообще поставить крест на вероятности сколь-нибудь быстрых изменений. На каком «аккорде» экономика страны завершит этот год? Чего ждать населению? И какие действия окажутся наиболее эффективными для бизнеса? Об этом поговорили со старшим аналитиком «Альпари Евразия» Вадимом Иосубом.


Вадим Иосуб
Старший аналитик «Альпари Евразия»

 С какими основными проблемами сейчас сталкивается белорусская экономика?

— Я отметил бы следующие:

  • Дефицит госбюджета 
  • Сложности с рефинансированием внешнего долга 
  • Продолжение выделения помощи убыточным госпредприятиям 
  • «Вынос» населением сбережений из банков и рост девальвационных ожиданий (что привело к совершенно справедливому «зажиманию» ликвидности со стороны Нацбанка и прекращению рефинансирования банков с помощью кредитов «овернайт»)
  • Значительный рост всего спектра рублевых ставок в экономике (на межбанке, по депозитам), в том числе — ставок по кредитам предприятиям и населению
  • Ухудшение и без того не блестящего инвестиционного климата 
  • Отток высококвалифицированных работников (прежде всего, из ИТ-сферы). По мере снятия барьеров, связанных с режимом карантина в других странах, этот отток усилится.

 Денежная политика банков: в чем она выражается сейчас и как будет развиваться в случае затяжного кризиса?

— Стоит говорить об ужесточении политики банков, о росте ставок как для населения, так и для предприятий. Замедление темпов кредитования означает снижение деловой (в частности, инвестиционной) активности предприятий и потребления товаров населением (особенно — дорогостоящих товаров длительного пользования, недвижимости). Пока не вернется доверие населения к государству, его институтам и банковской системе, из банков продолжат выносить вклады, а ставки — останутся высокими.

В августе и сентябре население забрало из банков рекордное количество валюты. Чем это грозит банкам и как будет меняться их позиция, если изъятие валюты продолжится?

— Я не выделял бы изъятие именно валюты из банков, хотя действительно ее забирают больше, чем рубли. Однако в конце августа — начале сентября банки столкнулись с дефицитом именно рублевой ликвидности. Задача любого банка — балансировать свои пассивы и активы. Грубо говоря — привлеченные деньги и выданные кредиты. А что должен делать банк, когда привлеченных вкладов становится меньше? С одной стороны — их надо замещать другими ресурсами, межбанковскими кредитами или деньгами Нацбанка (но это сейчас дорого), либо — увеличением капитала со стороны акционеров (а кто же сейчас даст). С другой стороны, надо уменьшать активные операции, сокращать, а то и приостанавливать выдачу кредитов. Что мы сейчас и наблюдаем.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Сокращение кредитования продолжится. По депозитам и кредитам нас ждет затяжной период повышенных ставок (на нынешнем уровне) или даже их дальнейший рост. Это естественная, нормальная реакция банков на происходящее. Альтернативный вариант развития событий — попытка административного снижения ставок. Но тогда банковская система и экономика в целом очень быстро пойдут вразнос.

Многие экономисты отмечают, что последствия для экономики страны можно смягчить, если в пандемию население будет «тратить как можно больше денег». Сработает ли это для Беларуси?

— Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Беларусь, к сожалению, попадает во вторую категорию. Чтобы тратить больше денег, населению надо иметь больше денег. А взять их — неоткуда. Пример западных стран, которые «печатают» деньги на программы помощи экономике и населению, для нас неприменим. Этот способ работает в сильных экономиках, с конвертируемой валютой, у которой долги в национальной валюте, а инфляция и инфляционные ожидания не просто низки, а ниже желаемой нормы (2% для США и ЕС). В нашем случае любая попытка «напечатать деньги» приведет к мгновенному росту инфляции, девальвации, ухудшит возможность государства обслуживать госдолг, а предприятий — возвращать валютные кредиты. Потребление в реальном выражении в результате только упадет, и население будет тратить с поправкой на инфляцию меньше, а не больше.

Какова вероятность того, что правительство вновь запустит печатный станок? К чему это приведет для: населения, бизнеса и экономики Беларуси в целом?

— Частично печатный станок уже запущен в виде финансирования «мертвых» госпредприятий с помощью ДСП-указов, но пока в ограниченном количестве. Будет ли включен станок на полную мощность? Вероятность — 50/50. Такое решение будет принимать не правительство, не Нацбанк, а Администрация Президента, чья степень экономической экспертизы и прозрачности решений вызывает большие вопросы. Но если все-таки станок включат — последствия будут хуже, чем в печально памятном 2011 году. Кратная девальвация и рост цен будут неизбежны. Но все будет еще хуже, потому что сейчас ни на чью внешнюю помощь (ни техническую, ни денежную) власть рассчитывать не может.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

А что будет с инфляцией?

— При прочих равных замедление активности в экономике и неизбежное снижение доходов населения являются факторами, замедляющими инфляцию и девальвацию (не за что покупать валюту). Будет ли рост инфляции и девальвации — зависит исключительно от того, включат ли печатный станок, расширят ли директивное кредитование убыточных госпредприятий, будут ли искусственно снижать ставки по кредитам ниже, чем диктуется рынком. Предугадать решения в этой сфере невозможно.

Как на курс основных валют и белорусского рубля могут повлиять изменения цен на углеводороды, например — нефть?

— На основные валюты нефть никак не влияет. На то они и основные, что реагируют на изменение более фундаментальных факторов, нежели изменение цены на один из видов сырья. Раньше связь белорусского рубля с ценами на нефть была достаточно простой — чем дороже нефть и нефтепродукты, тем выше маржа при их продаже, тем больше валютная выручка, тем крепче рубль. Сейчас в эту простую схему привнесены новые факторы неопределенности. Это и продолжение налогового маневра в России, и неизвестность условий поставки нефти (по цене, премии, объемам) в следующем году. Обсуждаемые санкции против Беларуси делают менее понятными перспективы экспорта нефтепродуктов на традиционные рынки — в Западную Европу и Украину. Есть вероятность, что возможный рост цен на нефть не принесет традиционных бонусов белорусской нефтепереработке и экономике в целом.

Во многих странах государство выплачивает компенсации уволенным людям и поддерживает их финансово в период поиска работы. К чему приведет такая политика в Беларуси, если ее все-таки примут?

— Для развитых стран, предоставляющих такую помощь, больших проблем нет: потраченные средства восполняются за счет займов (продажи гособлигаций, на которые стабильно высокий спрос), а долги — погашаются за счет будущих бюджетных поступлений. В Беларуси нет системы помощи безработным, поэтому предприятия держат избыточную (особенно в период сокращения сбыта) численность работников и играют роль «социального обеспечения». Это приводит к производству ненужной продукции, росту складских запасов и пустому переводу и без того скудных ресурсов.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Что делать с деньгами бизнесу, чтобы минимизировать риски потерь? Держать на счетах, переводить в валюту и выводить из страны, покупать криптовалюты, ценные бумаги или инвестировать во что-то?

— Заработать и не потерять — принципиально разные цели. Но в попытке заработать — потерять очень легко. Одним из рисковых способов заработать в случае дальнейшего роста ставок будут рублевые депозиты. Если пресловутый станок все-таки не включат — эти депозиты обгонят и инфляцию, и валютные сбережения по доходности.
Если задача не потерять — бизнесу предпочтительнее иметь валютный кеш (50% доллары, 50% евро). Золото, криптовалюты, недвижимость я сегодня не рассматривал бы ни как способ заработать, ни как способ не потерять.

Ваш недавний прогноз о том, что золотовалютных резервов хватит на 2 года — сохранился?

— В целом прогноз сохранился. Он строится на том, что без рефинансирования резервов хватит примерно на то, чтобы два года возвращать долги и проценты. Впрочем, включение печатного станка на полную мощность приведет к тому, что резервы придется тратить еще и на поддержку рубля. В этом случае они закончатся быстрее.


Какие действия, по вашему мнению, стоит уже сейчас предпринять властям и госструктурам, чтобы войти в 2021 год с минимальными потерями, минимизировать последствия кризиса?

— Самое важное — преодолеть политический кризис. Никакие иные меры в ситуации правового дефолта и потери властью легитимности уже не помогут. Экономика — это про доверие субъектов друг другу, государству, государственным и иным институтам. Без возвращения доверия здоровой экономики просто не будет.

За 6 лет мы взяли интервью у сотен видных бизнесменов, известных экспертов и руководителей. Эти люди всегда оставляли на страницах нашего портала частицу своего опыта: работающие кейсы, полезные инструменты и идеи. Поддержите «Про бизнес» сегодня — чтобы мы и дальше могли транслировать опыт успешных людей.

Читайте также