Top.Mail.Ru
Войти


Личный опыт
«Про бизнес» 5 июня 2019

Был лифтером, а стал хозяином бизнеса с оборотом $ 15 млн. История про американскую мечту

Фото: Карина Комиссарчик, probusiness.io
Фото: Карина Комиссарчик, probusiness.io

Александр Угорец переехал в США 40 лет назад. Его путь начинался с работы лифтером в магазине одежды за $ 2,65. Сегодня оборот его компании, которая занимается производством и установкой стекол, — $ 15 млн в год. Он признается, что у него никогда не было идеи, которая  принесла бы ему эти миллионы, но у него было страстное желание их заработать. Своей историей Александр поделился с «Про бизнес».

«Я всегда хотел делать деньги»

— Мои родители приняли решение переехать в США, когда мне было 17 лет. Мы жили тогда еще в Ленинграде. Жили довольно скромно. Оба моих родителя работали инженерами на заводе. Кстати, мой отец родом из Витебска. Первая причина, почему родители хотели уехать, это чтобы спасти меня от армии. Были также вопросы с антисемитизмом, как и у всех евреев в то время, и финансовые причины — мои родители хотели лучшей жизни.

Мы, как и все, ехали в США туда, где были знакомые или родственники. Ехали абсолютно нищими и без какого-либо конкретного плана. Наши знания о США ограничивались тем, что здесь свободно можно было купить все продукты, одежду, машины. Так оно и было. Вначале это ошеломляло, но потом привыкли. Мы просто знали, что там лучше, и все. Мой дед слушал «Голос Америки», родственники из США писали нам письма и рассказывали про Штаты. Так формировалось наше мнение, что там лучше.

По приезде в США я сразу пошел в старшую школу, а через три месяца нанялся на работу в магазин одежды, где развешивал вещи, а также возил людей в лифте. Там был такой лифт, где двери нужно было открывать руками. Я был кем-то вроде швейцара. Работать можно было сколько хочешь, поэтому я ехал туда сразу после школы и работал по 8 часов. Мне платили $ 2,65 в час. Тогда это была минимальная плата. Моя первая зарплата была около $ 80.

На первые свои деньги я купил цветы человеку, который помог мне устроиться на эту работу. Но это у нас такой жест восприняли бы нормально, а тот человек посчитал меня тогда сумасшедшим.

Для себя я купил калькулятор за $ 10. Мне почему-то очень хотелось его иметь. Хотя родители были недовольны этой моей покупкой.

Мама настаивала на том, чтобы я получил образование. Поэтому после школы я пошел учиться в университет на инженера. Через четыре года выпустился и стал искать работу по специальности. Во время обучения работал в доме престарелых помощником медсестры. Там платили больше, чем минимальную плату. Но работа была непростая. Плюс из-за моего слабого английского бабушки и дедушки, за которыми я ухаживал, меня не понимали, а я толком не понимал их. Они жаловались — меня увольняли, и я шел в другой дом престарелых. Мне платили $ 3,40 в час. Это уже считалась неплохой зарплатой. Для сравнения, мой папа работал тогда механиком и зарабатывал $ 4 в час. За учебу и какие-то свои нужды я платил сам, но оставался жить у родителей, что позволяло мне экономить и что-то откладывать.

К третьему курсу я понял, что инженером быть не хочу, мне было скучно и неинтересно. Я не понимал, чем именно хочу заниматься, но я всегда хотел делать деньги.

Фото из личного архива Александра Угорца
Фото из личного архива Александра Угорца

Еще после школы я начал играть на бирже. В России я играл в карты, а в США начал покупать и продавать акции. То есть с самого начала я думал о том, куда вложить деньги, чтобы заработать больше, что позволяло мне играть на бирже больше, зарабатывать, соответственно, чуть больше.

После университета я устроился инженером за $ 12 в час. Но работа эта была для меня скучной, поэтому прямо на рабочем месте я играл на бирже. Это сейчас ты сидишь и все видишь на компьютере, а тогда нужно было сидеть на телефоне каждые 15 минут. Моему начальнику это не нравилось, плюс я всегда со всеми спорил и думал точно не о работе инженера. Меня уволили, сказав: «Ты хороший человек, но никто не хочет с тобой работать».

Никаких конкретных идей о том, как зарабатывать деньги, у меня не было. Я просто хотел, чтобы они появлялись быстро и легко.

Но уволиться с постоянной работы сложно, так как это хоть какая-то гарантия, что ты не останешься голодным. Когда у тебя есть работа — ты о ней не думаешь, когда ее нет — это все, о чем ты думаешь, так как по счетам нужно платить.

Благо к этому времени я уже купил свою первую крошечную квартиру за $ 40 тыс. в том же доме, где жили родители.

«Все, что я знал, это как продавать стекло»

Как-то раз я шел по мебельному магазину. Увидел стеклянный стол, который, как мне показалось, стоил очень дорого. Я подумал, что могу сам легко делать такие же и продавать дешевле. Я начал узнавать, где купить материалы, — и познакомился с немцем, у которого была стекольная компания. Он мне объяснил весь процесс производства, но сказал: «Зачем тебе делать свою мебель, бери мою и продавай ее». Когда я начал вникать в тему, то понял, насколько это тяжело — делать такой продукт качественно.

Я не продал ни одного стола. Но этот же немец предложил мне должность менеджера по проектам за $ 8 в час. Мне показалось, что это мало, и я ему предложил следующее: «Я поработаю полгода бесплатно, разберусь со всем, научусь, а потом хочу $ 12−13 в час». Мне тогда платили пособие по безработице, поэтому голодным я не оставался бы. Он согласился. Работа была хорошей, но со своими сложностями. У немца были две компании: одна резала стекло, а вторая уже делала мебель, окна и так далее. Я работал во второй, а стекло мы брали у первой. Часто они не могли поставить товар вовремя, и мне это не нравилось — я хотел делать свою работу быстрее. Я предлагал владельцу покупать стекло у кого-то еще, но ему, естественно, эта мысль не нравилась. А мне не нравилось, что мою работу тормозят. В общем, меня уволили.

Это были 80-е годы, с работой было сложно, я не рассчитывал на то, что меня кто-то наймет. Все, что я знал, это как продавать стекло.

Плюс у меня уже появились нужные знакомства. Со мной уволили еще одного человека. Вместе с ним мы и брались за какую-то мелкую работу со стеклом, а заработанные копейки делили на двоих. Так появилась компания Midland Glass, которая работает до сих пор. И если начинали мы вдвоем, то сейчас у нас работает около 100 человек.

Наша компания делает все — от столов до огромных витрин в зданиях. Правда, сейчас мы стали разборчивее и берем только крупные заказы — здания, куда нужно стекла на $ 1,5−2 млн. Работаем мы по всей Америке.

В первый год нашей работы оборот составил примерно $ 125 тыс., во второй — $ 250 тыс. Он удваивался довольно долго, пока не дошел до $ 1 млн. После ситуация выровнялась, а затем снова пошел рост. В прошлом году оборот составил около $ 15 млн в год. Бизнесу больше 30 лет, и я от дел уже отошел. Сейчас всем заправляет мой сын.

Фото с сайта midlandglass.com
Фото с сайта midlandglass.com

Думаю, быть успешными на рынке нам помогает правильная ценовая политика. Мы стараемся давать приемлемую для клиентов цену, но при этом четко рассчитывать, чтобы это не было в убыток себе. А для этого нужен опыт. Но самое главное — репутация, поэтому для нас так важно делать свою работу хорошо.

Также для бизнеса очень большое значение имеют люди. У меня работают, на мой взгляд, очень талантливые специалисты. Кстати, большинство из них русскоговорящие. Очень многие приезжают из бывшего СССР, языка не знают, а руки у них золотые. Я с удовольствием даю им работу. Они все прекрасные люди, с которыми мне искренне нравится работать.

Я никогда не давал никакой рекламы. У меня нет и никогда не было отдела, который бы этим занимался. Раньше я просто обзванивал компании, которые публиковали на «желтых страницах» информацию о том, что они собираются строить здание, и предлагал услуги моей компании. Сегодня нам звонят сами. Сайт есть, но для нас это просто визитка.

«Мне не нравилось платить аренду кому-то, поэтому я решил купить здание»

В первый год для стекольной компании я арендовал небольшое помещение. Но мне не нравилось платить аренду кому-то, это же просто выбрасывание денег. Поэтому я решил, что хочу купить здание, чтобы спокойно в нем работать. Здания тогда продавались тяжело, поэтому продавцы шли на уступки. Банк не дал бы мне такой большой кредит — здание стоило $ 425 тыс. И продавец предложил мне заключить сделку: я вношу первый взнос в размере $ 25 тыс., а после плачу ему определенную сумму каждый месяц. Кстати, недавно это здание у меня забрал город — в том месте им нужно провести трамвайную линию. Мне было, конечно, жалко, но, к счастью, на сегодня это было мое самое плохое здание. Да и город мне за него заплатил $ 1,8 млн.

Это первое здание я сдал в аренду, которая покрывала мою плату по кредиту. А мне нужно было уже здание побольше. Оно нашлось рядом с первым и обошлось мне в $ 300 тыс. Платил я за него так же, как и за первое — владельцу напрямую. Модернизировал его под свои нужды, сделал ремонт, и мы стали работать. Я не смотрел на месторасположение, не просчитывал, насколько здание вырастет в цене. Просто моя стекольная компания росла, и мне нужно было помещение.

Фото: Карина Комиссарчик, probusiness.io
Фото: Карина Комиссарчик, probusiness.io

Дальше нам и там стало тесно. И однажды около магистрали, по которой я ехал, я увидел большую вывеску о продаже здания. Оно было в 2,5 раза больше предыдущего и стоило $ 1 млн. Поэтому тут я уже пошел просить финансирование в банк — и мне его одобрили. Сдав в аренду второе здание, я переехал в это, уже в третье. А потом мне поступило предложение купить еще одно здание, но уже с арендаторами. Его я тоже купил — просто ради того, чтобы «капали» деньги.

Сейчас у меня 10 коммерческих зданий. В одном — стекольная компания, остальные сданы в аренду. Я должен банкам около $ 25 млн за все здания — и это чуть меньше половины их стоимости.

Кстати, рекламу об аренде я тоже не размещаю. Я просто вешаю вывеску на улице — и это отлично работает. Все здания расположены на улицах, где очень много разных мастерских, производств — и все мои перспективные арендаторы ездят по этим улицам и видят объявление об аренде.

Всей работой по коммерческим зданиям сейчас я занимаюсь самостоятельно. У меня нет никаких секретарей или помощников. Они мне и не нужны, я со всем справляюсь сам. Стекольной компанией, как я уже говорил, занимается сын. Но именно этот бизнес, его рост дал мне возможность заниматься недвижимостью.

Стекольный бизнес я оставил, потому что мне перестало это быть интересным. Просто наступил такой момент в жизни, когда надоело. Я перегорел, мне было уже неинтересно. А вот недвижимость — это что-то новое. Поэтому последние несколько лет я занимаюсь именно этим: покупаю заброшенные здания, делаю их удобными и красивыми и сдаю в аренду. Продавать их не хочу — мне нравится, что мне регулярно «капает» с каждого.

Что бы я дальше в бизнесе ни сделал, думаю, моя жизнь уже не изменится. Мне хватает всего и есть все, что я хочу. Мне не нужны остров или самолет, мне нужно только спокойствие.

Иногда я представляю, что было бы со мной, если бы я остался в Петербурге… Думаю, я обязательно вляпался бы в какую-нибудь историю, коих хватало в 90-х, и вряд ли дожил бы до своих лет.

Новости компаний

Сейчас на главной

Платный контент